Я смотрю на мелькающий лес, обрамляющий мягко сонливость посёлков, Проводница заботливо кружит над нами, как будто над сотами пчёлка. И столько загубленных судеб кругом, что поверили в эту игру слишком сильно, В миру их встречает теперь ежедневно всего лишь проклятый будильник.
Я смотрю на феминизм и оппозиционный бунт И на купавшихся подростков в перегруженных басах, И понимаю, что и это тоже все же не мое И я далек от вас, как для вас далеки все чудеса.
Я зомбирован клипами из-за бугра, ну а кто то воинственным криком «ура», И в принципе разницы нет, это Glock или это армейская там кобура. Нас затянет идеями в пёстреньких фантиках в новый забег за чужою мечтой И так сложно порой оглянуться вокруг, и сказать себе: «стой».
И чем дальше, тем мы меньше тешим Надежду на судьбу, на Бога, на счастливый случай, Но через лёд она опять пробьётся, как подснежник, Такая, сука, хрупкая, но до чего живучая!
Мы, дети постперестройки, гоняли в футбол на пустыре перед стройкой. От домашних проблем уходя во дворы, где никому никого не жалко. Старшие братья — в горячих точках. По телику — политики в горящих шапках.