Александр Фёдорович Строев. Французская литературная сказка XVII-XVIII веков

Кто имеет золото и ум и при этом несчастен, тот пусть пеняет на себя.

Да ваш супруг и сам не без греха, поверьте! Как! Жить монашенкой теперь до самой смерти, Храня бессмысленный обет? Кто может выдать Ваш секрет? Кто может отличить уста, Что всласть и вдоволь целовались, От уст, которые сурово охранялись?

Зачем противиться судьбе? Аржи, конечно, бессердечна, Бесчувственна, бесчеловечна, Но дни, когда ее не слышишь ты, Ужасней, чем безмолвье глухоты; Ее не видя, ты лишился зренья... Тебе не вынести подобные мученья! Ты без своих оков беспомощен и слаб. Вернись же к ним, несчастный беглый раб!

Приятны всем дары. Неравнодушны к ним и принцы и вельможи, Ну и красавицы к ним благосклонны тоже.

Запрещать юной красавице любить — все равно, что запрещать дереву зеленеть весной.

Беги от суеты, от подношений, От дьявольских любовных ухищрений! Подарки! В них все зло! Они — туман, Скрывающий соблазны и обман! Ты, коль появятся красавцы-претенденты, Знай для чего им лесть и комплименты. И стань, как статуя, слепой, глухой, немой!

Красота всегда привлекает внимание — в этом одно из великих ее преимуществ.

Пропустишь счастья миг — потом, как ни лови, - Пропало! Молодость одна любви достойна!

Ценил же Соломон Разумных женщин выше, чем красивых.

Амур, любовных чар лукавый господин, Не зря победами гордится. И даже если пуст его колчан, Ключ золотой, когда он в руки дан, Поможет многого добиться.

Да разве влюбленный станет слушать кого-нибудь, кроме своего сердца?

К шкатулкам и к сердцам подходит ключ один. И если сердца он не открывает - Благоволенье все же вызывает.

Известно, что удовольствие красит человека, а любовь его озаряет.

Верно служите Любви, помните, что это божество никогда не оставляет тех, кто истинно ему привержен.

Но небо устает народам Цветочки счастья рассевать. Оно привыкло деготь в бочки с медом И дождик в ведро подливать.

На железной цепи сидело некое чудовище, которого невежды не преминули бы принять за пса, ибо оно лаяло и обладало песьей головой, песьей шерстью, песьим телом, песьим хвостом, но это был не пес, а сука.