Агата Кристи. Тайна Голубого поезда

Тем, кто привык только слушать, не так просто говорить самим: они хранят свои горести и радости при себе и никому о них не рассказывают.

Поезда безжалостны, правда, месье Пуаро? Люди умирают и гибнут, но все равно ездят поездами.

Принято считать, что богатый человек полагает, будто можно купить все и всех, но это не так. Я большой человек в своем роде, и вот один большой человек просит об одолжении другого большого человека.

Но разве в этом нет шарма: рисковать всем и сразу — это особенное чувство.

Холодок прошелся по ней, она почувствовала дыхание трагедии…

Вы можете, конечно, полюбить вора, мадемуазель, но не убийцу.

С одной стороны, человек с неограниченным количеством денег, а с другой – с неограниченным количеством долгов. Не может быть сомнений в том, кто одержит верх.

Несмотря на красивое меховое пальто, в которое была облачена его тощая фигура, в нем ощущалось нечто удручающе мелкое и незначительное.

— Верьте поезду, мадемуазель, потому что его ведет lе bon Dieu! Снова раздался гудок. — Верьте поезду, — повторил Пуаро. — И Эркюлю Пуаро. Он знает.

Леди, леди в полном смысле этого слова. Не очень молода, не красавица. Но было нечто — серые глаза, от которых не скроешься. Он понял, что боится этой женщины. В этом чувстве было что-то роковое.

— Жизнь похожа на поезд, мадемуазель. Она идет. И знаете, это хорошо. — Почему? — Потому что поезда всегда приезжают на конечный пункт.

— Вы полагаете, что реальная жизнь похожа на романы? — с улыбкой спросила Катарин. — Почему нет? Вымысел основывается на реальности. — Но он лучше реальности, — убежденно сказала Катарин.

Мужчины глупы, не так ли, мадемуазель? Есть, пить, дышать свежим воздухом — это замечательно, мадемуазель. И только глупец расстанется со всем этим лишь потому, что у него нет денег, или потому, что его сердце разбито.

Мужчина, когда притворяется, что влюблён, старается быть весёлым, галантным, оказывать всяческое внимание. Но если он влюблён по-настоящему, он похож на овцу.

Сумасшествие! Да, именно сумасшествие! Впервые в жизни она пошла на поводу у эмоций, делая то, что, она это прекрасно понимала, было глупым безрассудством. Она была истинной дочерью Ван Алдина, чтобы осознать собственную глупость, и достаточно разумной, чтобы оценивать собственные действия. Но она была истинной дочерью Ван Алдина и в другом смысле. В ней была его непреклонность: приняв решение, во что бы то ни стало выполнить его. С колыбели она была очень своевольна, и все обстоятельства жизни только способствовали утверждению этого качества. Сейчас со всей беспощадностью она поняла это. Да, на карту поставлено все. И теперь она должна пройти через это.

Осень, действительно, это была ее осень. Она не знала весны и лета и никогда уже не узнает их.