Александр Дюма. Граф Монте-Кристо

Может быть, мои слова покажутся вам странными, господа социалисты, прогрессисты, гуманисты, но я никогда не забочусь о ближних, никогда не пытаюсь защищать общество, которое меня…

— Граф Монте-Кристо

Странная вещь: невозможно было хоть сколько-нибудь продвинуться вперед в сердце или уме этого человека. Всякий, кто пытался, если можно так выразиться, насильно войти в его душу,…

Нужно время, чтобы глаза, затуманенные слезами, вновь стали зрячими.

Вы превыше других, но превыше вас Бог!

— Вильфор

– Только смерть может разлучить их. – Вы рассуждаете, как устрица, друг мой.

— Фернан Мондего

Есть знающие и есть учёные, — одних создаёт память, других — философия.

— аббат Фариа

Человек в горе должен бы прежде всего обращаться к богу, но он делает это, только утратив все иные надежды.

Ненависть слепа, гнев безрассуден, и кто упивается лицемерием, рискует испить горькую чашу.

— Франц д’Эпине

После вас я больше всего на свете любил самого себя, то есть мое достоинство, ту силу, которая возносила меня над людьми; в этой силе была моя жизнь. Одно ваше слово сломило ее. Я…

— Граф Монте-Кристо

Ну, не следует и преувеличивать, — сказал Монте-Кристо, — желая избежать ошибки, можно сделать глупость.

— Граф Монте-Кристо

Всякое великое горе внушает уважение.

— Александр Дюма

Только любимый монарх — монарх законный.

— Вильфор

Нужда и нищета — синонимы, между которыми целая пропасть.

— Граф Монте-Кристо

Во всяком правильно работающем мозгу господствующая мысль, а таковая всегда имеется, засыпает последней и первая озаряет пробуждающееся сознание.

— Эдмон Дантес (Граф Монте-Кристо)

Каждая революция влечет за собою жертвы.

— Вильфор

— А вы сами, — сказал Фариа, — почему вы не убили тюремщика ножкой от стола, не надели его платья и не попытались бежать? — Потому, что мне это не пришло в голову, — отвечал Данте…

— аббат Фариа