— В женщинах, — сказал он мне однажды, — самое важное, это — драматическое движение. — Это что такое? — А это когда у нее внуки, например, а я верю, что она девушка.
И сама возможность глядеть и озирать нашу жизнь есть уже источник огромной радости, независимо от того, понимаешь ли то, что видишь, и вникаешь ли в смысл видимого.
Всем своим видом она говорила: «Я стала тише и сосредоточеннее, ибо прошла через большое страдание и, хотя, не показываю этого, однако, не могу настолько не показать, чтобы уже совсем не было заметно.»
Основная черта человеческой натуры, думается мне, есть легкомыслие. А в особенности натуры активной и действенной. Легкомыслие помогает жить. Без легкомыслия не было бы оптимизма, а не будь оптимизма, нечем было бы поддержать бодрость духа и волю к жизни. Легкомыслие дает уверенность, развертывает крылья, порождает надежду.
Слышишь часто фразу: «Хотелось бы вычеркнуть прошлое!» Как высокомерно! Ну, вот, оно вычеркнуто — все сплошь, без начала, без конца. Продолжения не следует. Над вечной пропастью повисла глава, к которой не подберешь нумерации.