Анатолий Виноградов. Три цвета времени

И как это часто бывает у людей, стоявших на рубеже двух эпох, старое уживается с новым, так у Стендаля старинная любовь романтика уживалась с физической неверностью любимому существу — свойством нового века.

Имеет ли право один народ менять образ жизни, согласно которому другой народ хочет устроить свое материальное и моральное существование?

Новый век несет новые формы жизни. Наступает эпоха большого труда, но, к сожалению, все, кто меня сейчас окружают, думают только о наживе. Отнимите у них деньги — и они будут несчастны. Лишите этих ненужных людей тридцатитысячной ренты — и они мгновенно погибнут.

Политический строй есть отражение каких-то других общественных отношений, и, пожалуй, материальные причины играют в политике первенствующую роль.

Всякие мечты о человеческом счастии, о правильном устройстве человеческого общества являются занятием в высшей степени вредным, порождающим массу ложных теорий.

Для обоих, и для Бейля и для Мелани, солнце не заходило и не иссякала беспечность. Давались клятвы друг другу в полной уверенности, что впереди еще много времени для того, чтобы нарушить эти клятвы.

Слишком много разлук в жизни делают ее печальной.

— Если к сорока годам комната человека не наполняется детскими голосами, то она наполняется кошмарами. — Боюсь, что у меня может наполниться одновременно и детскими голосами и кошмарами супружеских ссор.

Ясность ума, понимание вещей и характеров — вот лучший способ найти себя в эпохе.

Человеческое воображение не умирает. Подобно тому как утончается чувство, воображение также становится тоньше и острее у человеческих существ.

Индивидуальные желания, не согласованные с действительностью, средой, обществом, классовой группой, способны только поставить человека в конфликт с самим собой.

Влюбленность и болезнь влекут за собой одни и те же эксцессы.

Жизнь хороша только тогда, когда центром тяжести становится то, что у меня не отнимут.

Не допускать, чтобы кто-нибудь догадался или сумел прочесть мои мысли.

Вы отказываетесь видеть даже при свете дня истинного героя нашего времени. Этот герой — банковский билет.

Без тяжелого балласта, даваемого трудом, корабль жизни становится игрушкой любого ветра.