Анджей Сапковский. Крещение огнём

Забыл сказать, что тебе необходимо поменять свою пустую башку на другую, с мозгами.

Он только выглядит идиотом. Но я постоянно рассчитываю на то, что ему в конце концов захочется пошевелить мозгами. Может, тогда он сделает верные выводы? Может, поймёт, что единственное, что у одиночек получается хорошо, – это рукоблудство?

Ну, поехали. Подгони своего сонного мерина. — Моего жеребца зовут Пегас. — Само собой! Знаешь, что? Мою эльфью кобылу тоже надо бы как-то назвать. Хммм... — Может, Плотвичка? — съехидничал трубадур. — Плотва? — согласился ведьмак. — А что, звучит. — Геральт? — Слушаю. — У тебя в жизни была хоть одна лошадина, которую не называли бы Плотва? — Нет, — ответил ведьмак после недолгого раздумья. — Не было. Подгони своего кастрированного жеребца. Лютик. Путь дальний.

Хреновое же у вас будущее, люди. Каждое разумное творение на этом свете, попав в беду, нужду и несчастье, присоединяется к собратьям, потому что вместе легче переждать худое время. Один другому помогает. А у вас, людей, каждый только и знает, как бы на чужой беде нажиться. В голод пищей не поделится, пожирает тех, кто послабее. Такое поведение объяснимо у волков, ибо дает выжить самым здоровым и сильным. Но у разумных рас такая селекция обычно позволяет выжить и командовать другими самым большим подлецам. Выводы и прогнозы сделайте сами.

То, чего у нас нет, мы легко заменим тем, что у нас есть. Все это — исключительно вопрос инициативы и позитивного мышления.

— Говорят, конь никогда не наступит на лежащего человека... — Не уверен, что каждый конь об этом слышал. Под телегу! Быстро!

Мой колоссальный недостаток — в неизбывной доброте. Я прямо-таки не могу не творить добро. Однако я — краснолюд разумный и рассудительный и знаю, что быть добрым ко всем невозможно. Если я попробую быть добрым ко всему миру и всем населяющим его существам, то это будет то же самое, что капля пресной воды в соленом море, другими словами — напрасные усилия. Поэтому я решил творить добро конкретное, такое, которое не идет впустую. Я добр к себе и своему непосредственному окружению.

— Ну и компашка мне досталась, — проговорил Геральт, покачав головой. — Братья по оружию! Дружина героев! Прямо садись и плачь! Виршеплет с лютней. Дикие мордастые полудриады-полубабы. Вампир, которому пять тысяч сто с хвостиком месяцев, и чертов нильфгаардец, упорно твердящий, что он не нильфгаардец. — А во главе дружины ведьмак, страдающий угрызениями совести, бессилием и невозможностью принимать решения, — спокойно докончил Регис. — Нет, предлагаю двигаться инкогнито, чтобы не вызывать сенсаций. — И смеха, — добавила Мильва.

И пошёл ведьмак сквозь огонь и воду и не оглядывался. Но не взял ни башмаков железных, ни посоха. А взял только свой меч ведьмачий. Не послушался он слов гадалки. И хорошо сделал, ибо была это плохая гадалка.

– Старею, видать, – буркнул ведьмак немного погодя. – Принципы наружу вылезли. – У стариков это бывает. – Мильва с сочувствием глянула на него. – И часто вылезают? Отвар из медуницы, говорят, помогает. И вправлять надо. А пока – клади себе подушечку под зад. – Принципы, – серьёзно пояснил Лютик, – не геморройные шишки. Ты путаешь понятия.

Мужчин губит амбиция. Они всегда хотят чего-то такого, о чём прекрасно знают, что это невозможно и недостижимо. А возможного и достижимого не замечают.

У каждого свой долг <…>. Долги и кредиты, обязательства, благодарности, расплаты. Что-то кому-то должен сделать. А может, себе самой? Ведь если по правде, то каждый всегда расплачивается с самим собой, а не с кем-то. Любой долг мы выплачиваем себе самим. В каждом из нас сидит кредитор и должник одновременно. Главное – уравновесить этот счёт.

Чёрт знает, чем всё кончится, но хорошо, что хоть начинается.

Нельзя заплатить за то, что не имеет цены. Некоторые утверждают, будто каждая, абсолютно каждая вещь в мире имеет свою цену. Это неправда. Есть вещи, у которых нет цены, они бесценны. Их проще всего узнать: стоит только их потерять, и всё — они уже потеряны навсегда.

Трудно требовать от человека, чтобы он освободился от страхов. Страхи выполняют в психике человека не менее важную роль, чем все остальные эмоциональные состояния. Психика, лишённая страха, была бы психикой ущербной. Увечной.

... сегодняшний день обусловливает день завтрашний, а без завтра не будет будущего.