Элвин Гамильтон. Потомки джиннов

Эта книга полна обманов, как и Восток, о котором она повествует.

Я видел больше дней и встречал больше смертных, чем песчинок в вашей пустыне. Нищих и царей, и всех, кто между ними, но ни разу не встретил ни одного, кто ничего не хотел. Будь то грязный уличный оборвыш или скучающий магнат, вам вечно что-нибудь нужно.

Легенды никогда не оправдываются при близком рассмотрении.

Положись на моряка, когда речь идёт об узлах… и на меня — когда о тебе.

Нас, девушек из песков, не так просто сжить со свету.

Вот что делает с нами огненная пустыня — превращает в воинственных романтиков.

Как говорится, не тыкай пальцем в других — вывихнешь ненароком и ткнёшь в себя.

Мой сын идеалист, из таких получаются великие вожди, но хорошие правители — никогда.

Ненавижу тишину. В ней все страхи становятся громче.

В глазах её горел огонь, способный поджечь весь мир.

Дети пустыни учатся выживать с самого рождения.

Чем меньше показываешься врагам, тем сильнее тебя считают.

Только здесь, в этих жарких краях, могли сосуществовать древние существа и современные механизмы, магия и железо, и только Мирадж мог производить ружья и пушки, вооружая северян, сражающихся друг с другом у себя дома. Власть над песками означала власть над миром.

Пустыня въедается и в кожу, и в душу.

Любовь делает людей эгоистами.

Ох уж эти интеллигенты — мечтают переделать мир, надеясь при этом обойтись без крови!