28 сентября 2026, понедельник
Раздел

Этель Лилиан Войнич. Овод

83 цитат

Артур Бертон — молод, полон свободолюбивых идей и романтических иллюзий. Пережив предательство товарищей и любимой женщины — потеряв все, он исчезает, чтобы вернуться совсем иным, с чужим именем и внешностью. Но под маской возмужавшего, насмешливого и едкого Овода — все тот же порывистый Артур, по-прежнему верный прекрасным идеалам своей юности. Романтика национально-освободительной борьбы, трагедия великой, страстной и несчастной любви, увлекательный сюжет с захватывающей интригой и необычайно многогранный и обаятельный образ главного героя, — все это позволило роману "Овод" стать неподвластным времени.

В наших поступках мы не должны руководствоваться тем, любят нас или ненавидят.
Душа немая, у неё нет голоса, она не может кричать. Она должна терпеть, терпеть и терпеть...
Даже и две минуты не хочу быть серьёзным, друг мой. Ни жизнь, ни смерть не стоят того.
Камень, лежащий на дороге, может иметь самые лучшие намерения, но всё-таки его надо убрать…
Какая Вы бледная! Это потому, что вы видите в жизни только ее грустную сторону и не любите шоколада.
Он даже слишком хорош для нашего грешного мира, и его следовало бы вежливо препроводить в другой.
Берите его [будущее], пока оно ваше, и думайте не о том дурном, что вами когда-то сделано, а о том хорошем, что вы еще можете сделать.
— Чезаре Мартини · книга
Мы не имеем права умирать, только потому, что это кажется нам наилучшим выходом.
А как смеялись и болтали люди на улицах!... Ничто не изменилось с того дня, когда он был еще полон жизни. Ни одна из повседневных мелочей не стала иной оттого, что человеческая душа, живая человеческая душа, искалечена насмерть. Все это было и раньше. Струилась вода фонтанов, чирикали воробьи под навесами крыш, так они чирикали вчера, так будут чирикать завтра. А он... он мертв.
Какое страдание сравнишь с этим: хочешь простить, стремишься простить — и знаешь, что это безнадежно, что простить нельзя, простить не смеешь.
Видимо, жизнь повсюду одинакова: грязь, мерзость, постыдные тайны, тёмные закоулки! Но жизнь есть жизнь — и надо брать от неё всё, что можно.
Беспросветной ямой мог оказаться неведомый мир, но вряд ли в нем будет столько пошлости и грязи, сколько остается позади. Не о чем пожалеть, не на что оглянуться. Жалкий мирок, полный низкой лжи и грубого обмана, — стоячее болото, такое мелкое, что в нем нельзя даже утонуть.