Евгений Старухин. Лесовик. В гостях у спящих

Дед меня учил полагаться на свои силы и не жаловаться по пустякам и рассчитывать только на себя.

Так вот, основы любой философии находятся в глубоком понимании изучаемого предмета, чтобы можно было данный предмет полюбить всей душой и передать эту свою любовь другим людям. Недаром, само название «Философия» переводится на русский язык как любомудрие. Я, безусловно, понимаю, что это — любовь помудрить и повысказываться высоким слогом о простых вещах, но в этом всё-таки скрывается нечто прекрасное и возвышенное, не находишь? А также глубокое знание и понимание предмета обсуждения.

А на улице шёл снег. Первый снег в этом году. Ещё слабенький, несмелый, тающий от одного только прикосновения к земле. Казалось, что сама ночь танцует в бесконечном хороводе с этими маленькими и хрупкими снежинками. Ветра не было, и это давало насладиться хороводом в полной мере. Я невольно поднял руки и закружился, подражая снежинкам. Подняв голову, принялся ловить снежинки открытым ртом. Соскучился я по зиме. Зима это красиво. Очень красиво. Каждое время года по своему прекрасно, и по каждому успеваешь соскучиться за целый год.

Эльф — птица гордая, пока не пнёшь — не полетит!

Вот и дед мой так же говорил, что в молодости и трава зеленей была и небо голубей.

Философия — основа понимания любой профессии, если ею проникнешься — считай ты уже на треть профессионал в данном деле. <...> А остальные две трети всякие мелочи вроде знания специфики профессии, владения необходимыми навыками, умение обращаться с необходимым оборудованием и прикладными решениями. Ерунда, в общем, мелочи несущественные, а вот философия... Философия гораздо важнее, ибо без неё работа превращается из любимого дела в опостылевшее занятие, которым мы занимаемся через силу и только для того, чтобы получить зарплату. Философия подводит нас к тому, почему мы любим данную профессию, рассказывает о её плюсах, приводит к пониманию и усвоению принципов профессии буквально фибрами души, и уже никуда из данной профессии ты не денешься, ибо философия прочно ловит в свои силки и отпускать совершенно не торопится, да и не собирается этого делать совершенно.

Такое нынче современно искусство. Нормальное не котируется, только хрень в почёте, причём чем большей хернёй ты страдаешь, тем дороже твои картины стоят. При этом совершенно не важно, что на этих картинах нарисовано и нарисовано ли вообще, а то может чай ты случайно пролил или кофе. Суть одна и та же.

Каждый шаг в нашей жизни может вести к чему-то большему, нежели одно простое действие.

В приёмной встретилась мегера по имени Жанна, прошипевшая что-то неразборчивое в мой адрес. Наверное, что-то вроде: «Ходют тот всякие, а потом ложки пропадают...» У неё, наверное, желчный пузырь очень неслабо увеличен в размерах, ведь откуда-то же она берёт столько желчи, чтобы выливать её на окружающих.