Французская новелла возрождения

Всякий знает, что людей добрых и праведных днем с огнем не сыщешь.

О, любовь, непостижима твоя природа! Самое лакомое и вкусное яство для тебя — мука и тоска, и чем больше ты поглощаешь его, тем меньше насыщаешься.

Следует уважать добродетель, а самая большая добродетель — в том, чтобы победить свое сердце.

Молодые люди охотно пускаются в странствия, и весело им наблюдать да и самим гоняться за мирскими приключениями.

Любовь вечна и, побеждая земные законы, торжествует над смертью в венце нетленного бытия.

И зачем чуждаться радостей этого мира?

Невдалеке от большой и богатой деревни стояла и посей день стоит гора, где расположился на жилье некий, бог его знает какой, отшельник и, под сладостно-тенистым покровом лицемерия, творил всяческие чудеса, которые не дошли до общего сведения и всенародной огласки до тех пор, пока господь не захотел больше ни терпеть, ни допускать омерзительного надувательства.

Те, кто привык жить при королевском дворе или в больших городах, до того высоко себя ставят, что готовы считать всех остальных людей ничего не стоящими в сравнении с ними.

Прекрасен брак, коли муж глух, а жена слепа.

Из всех дьяволов самый опасный тот, который является в образе ангела.

Добрый тот ревнивец, о коем я повествую, был превеликим историком, то есть много видал, читал и перечитывал всяких историй. Но конечная цель, к коей устремились его усилия и изыскания, была в том, чтобы узнать и изучить, чем и как и какими способами умеют жены обманывать мужей.

По правде говоря, терзаться несчастьем после того, как оно уже случилось, не значит ли его усугублять?

Я ведь молод, а молодость не верит ни в какое зло, доколе сама на себе его не испытает.

Голодная львица, затравленный собаками вепрь, тигрица, у которой украли детенышей, и змея, когда ей наступили на хвост, не более страшны, чем оскорбленная женщина.

Должно быть, только тот и мудр, кто злейшим врагом своим почитает себя самого и кто не доверяет ни воле своей, ни разуму.

Жену свою сторожил он так бдительно, ну прямо как ревнивый итальянец, но и при этом не был совсем уверен: настолько сильно захватил его проклятый недуг ревности.