Фридрих Шиллер. Валленштейн

Слово свободно, поступок нем, Послушание слепо.

А время-то, время бежит, как вода. И что еще впереди случится!

Лишь тот для будущего жил, кто много Свершил для современников своих

Нет случайностей! Что в мире Тем почитают — то порождено Источником, глубоко потаенным.

Весело, вольно хочу я жить, Вихрем по разным странам кружить, Счастье ловить, никогда не теряться, Назад не глядеть и вперед не рваться.

Не смеет повседневность И не должна глумиться над искусством.

Пока ты часа звездного дождешься, Земное время ускользнет. Поверь мне, В твоей груди — твоей судьбы звезда!

Игра серьезных и смешных личин Которой вы дарили благосклонно И сердце чуткое, и взор, и слух, Нас в этом зале вновь соединила. И гляньте — молодеет старый зал. Он в светлый храм преображен искусством, От благородных мраморных колонн Высокий дух гармонии взывает, Торжественные чувства в нас будя.

Поспешно юность произносит слово, Которым должно бережно владеть, Как лезвием ножа; она горячей Своей оценивает головою Дела, которых мера в них самих.

И эра, что для Талии сейчас На этой новой сцене наступила, Внушает смелый замысел певцу: Оставив прежний путь, перенести нас Из повседневности мещанских дел На более высокую арену, Достойную великого столетья, В котором мы стремительно живем.

Ведь грех-то — он словно камень-магнит, Который железо и сталь манит. За лиходейством следует мука, Подобно слезе после едкого лука.

Может понять благородный тон Лишь тот, кто вблизи от высоких персон.

В воскресный день — и такой вертеп! Иль мните, что Бог всемогущий слеп, Что долготерпенье его без предела? Или иного у вас нет дела, Как ублажать в непотребстве тело?

А впрочем, нечего Загадывать утром, что будет вечером!

Предмет высокий подражанья ждет, Дает сужденью высшие законы

Способен лишь возвышенный предмет Глубины человечества затронуть. Ведь узкий круг сужает нашу мысль, С возросшей целью человек взрастает.