28 сентября 2026, понедельник
Раздел

Габриэль Гарсиа Маркес. Сто лет одиночества

67 цитат

📚Цитаты из книги «Сто лет одиночества» — Габриэль Гарсиа Маркес.

Много раз делал он отчаянные усилия сосредоточиться и снова вызвать Ремедиос, но та не повиновалась. Он искал ее в мастерской сестер, за опущенными занавесками окон ее дома, в конторе ее отца, но встречал только в своем сердце, и образ этот скрашивал его страшное одиночество.
А теперь не прощайтесь со мной, — сказал он подчеркнуто спокойным тоном. — Не умоляйте никого, не унижайтесь ни перед кем. Заставьте себя думать, что меня расстреляли уже давным-давно.
В его мыслях о близких не было сентиментальности — он сурово подводил итоги своей жизни, начиная понимать, как сильно любил в действительности тех людей, которых больше всего ненавидел.
Все они одинаковы, — жаловалась Урсула. — Поначалу растут спокойно, слушаются, серьезные, вроде бы и мухи не обидят, но стоит только бороде показаться — и сразу же их на грех тянет.
— Урсула · книга
Её сердце из отвердевшего пепла не поддавалось самым сильным ударам повседневности, но уступило первому натиску ностальгии.
Однажды он разжег во дворе костёр из кукол Ремедиос, украшавших его спальню со дня свадьбы. Бдительная Урсула обнаружила, что делает её сын, но не смогла остановить его. — У тебя сердце из камня, — сказала она. — Причём тут сердце, — ответил он, — в комнате полно моли.
— Урсула · книга
Прошлое — ложь, для памяти нет дорог обратно, каждая миновавшая весна невозвратима, и самая безумная и стойкая любовь — всего лишь скоропреходящее чувство.
... она отказалась от карточных гаданий, внушавших бесплодные надежды, и обрела тихую заводь, утешаясь чужой любовью.
— Скажи мне, друг, за что ты сражаешься? — За то, за что я и должен, дружище... — Счастливый ты, что знаешь. А я вот только теперь разобрался, что сражаюсь из-за своей гордыни. — Это плохо...
Он верил, что день его смерти предопределен, и вера облекала его чудесной броней, бессмертием до назначенного срока.
Когда все уже было сказано, полковник Геринельдо Маркес обвел взглядом пустынные улицы, увидел капли воды, повисшие на ветках миндальных деревьев, и почувствовал, что погибает от одиночества.
— Но меня огорчает не то, что ты собираешься меня расстрелять. <...> Меня огорчает, — продолжал он, — что ты, ты, который так ненавидел профессиональных вояк, так боролся с ними, так их проклинал, теперь сам уподобился им.
Для науки нет расстояний. Скоро человек, не выходя из дому, увидит всё, что творится в любом уголке земли.
— Мелькиадес · книга