Грэм Джойс. Скоро будет буря

Бросив университет, он окончил бухгалтерские курсы, но работал недолго. Сплошная скукотища. Прошел другие курсы — учительские. Сплошная показуха. Позднее он работал страховым агентом. Сплошное манипулирование людьми.

Наигранная веселость — это одно, а радость, подлинная, неземная радость с серебряными крыльями, — совсем другое.

Люди, отягощенные земными заботами, спорят, разумно или неразумно считать — в жизни ли, в искусстве ли, — что погода влияет на человеческую душу. Как можно спорить с тем, что погода — это отражение человеческих забот, ведь человек — лишь слабое отражение яркой радуги земной метеорологии, не погода — часть нас, а мы крошечные частицы погоды.

Атмосфера — настоящий океан газов и водяных паров, и мы живем на дне этого океана, подвергаясь всем возмущениям преобладающих приливов и отливов, испытывая воздействие его титанических вихревых течений.

Если я не имею любви, то я ничто.

Смотри скозь лицо, Джесси. Сквозь лицо и дальше. Тогда ты действительно сможешь увидеть.

Не подобало человеческому существу постоянно находиться в радостно-воодушевленном настроении. В каждом человеке есть что-то скрытое, угнетенное.

Можно трахаться, не занимаясь любовью. А можно заниматься любовью без траханья. Если оба процесса совершаются одновременно — это самое лучшее.

Взрослые — почти все взрослые — полагают, что детей нужно ограждать от правды. Вот они и лгут, когда речь идет о таких вещах, которых они сами обычно боятся: секс, наркотики, религия, любовь, ненависть, язык, погода... Ведь им отчаянно хочется верить, что дети растут в чистоте и невинности. Люди лгут не затем, чтобы обеспечить ребенку беззаботную жизнь, а для того, чтобы взрослые могли сохранять душевное спокойствие.

Взрослые — почти все взрослые — полагают, что детей нужно ограждать от правды. По их мнению, если они будут правдивы, то украдут у тебя какую-то часть детства. Им кажется, что правда отравит тебе детские годы.

Но больше всего меня пугают личины. Личины, которые он надевает. И маски, которые надеваю я, чтобы поддержать его маски. И ты, Мэтт, ради него делаешь то же самое. Мы все это делаем ради него и друг ради друга. Маски из крови и плоти. От кого мы прячемся?

Память — это кривое зеркало.

Когда мы беседуем о погоде, на самом деле мы обсуждаем что-то более существенное. Когда люди рассуждают о погоде, на самом деле они говорят о том, как себя чувствуют. Но они не всегда это сознают. Когда они восторгаются: «Какой чудесный день!» — они подразумевают: «Сейчас я счастлив». Когда сообщают: «На улице подмораживает», — имеют в виду: «Как я рад, что нахожусь в теплом доме». А если они говорят: «Похоже на то, что погода меняется», — это означает: «Опасаюсь, что вскоре у меня будут неприятности».

— Как вы думаете, мы когда-нибудь сможем жить нормально? — Нормальной жизни не существует, — ответил Мэтт. — Есть просто жизнь.

Эти люди всегда соглашаются на меньшее, чем могли бы получить.

Главным принципом должна стать честность. Если вообще возможно соблюдать этот принцип, излагая чью-либо историю.