Афоризмы
29 июля 2026, среда
Раздел

Кирил Бонфильоли. После вас с пистолетом

10 цитат

«После вас с пистолетом» — роман культового писателя второй половины XX века Кирила Бонфильоли. Это вторая книга в цикле «Трилогия Маккабрея». Главный герой — Чарли Маккабрей, обаятельный гедонист и сноб, арт-дилер, который блестяще выбирается из опасных передряг, используя острый ум, тонкий юмор и безупречную родословную. Во втором романе серии («После вас с пистолетом») Чарли вступает в брак с неприлично богатой женщиной, чей предыдущий муж умер при загадочных обстоятельствах. Герой сталкивается с новыми испытаниями: контрабандой, обучением в колледже для дам, избыточными знаниями о нравах китайских спецслужб. Ситуация усложняется, когда жена просит его убить королеву. Брак — дело непростое, особенно в первый год.

Есть вещи, которых белый человек просто не делает. Воплями взывать к вооруженным лесбиянкам о милосердии с середины дагласовой пихты или иного вечнозеленого — да. Мыть за ними посуду — отнюдь.
Есть вещи, — чопорно произнес я, — которых совершенно немыслимо требовать от мужчины. Покушаться на жизнь царствующей особы — да. Изображать журналиста воскресной газеты — нет.
Вот этот приятель, Я, понимаете ли, — достоп. Чарли Маккабрей (меня действительно окрестили Чарли), — кой есть — или, скорее, есмь — мил, богат, трусоват, любит поразвлечься и торгует искусством; кроме того, он балуется преступностью, чтобы отвлечься от геморроя.
— Урок Номер Два, Маккабрей, — произнес динамик. — Всегда держите пистолет заряженным и под рукой. — Но он, черт возьми, был заряжен, — прорычал я. — Я знаю. Я вытащила обойму, пока вы были в душе. Неосторожно — весьма. — Как я, дьявол вас задери, должен мыться с пистолетом под рукой? — завопил я. — Мешочек для мочалки, — сухо сообщил динамик.
— Мистер Чарли? — На проводе. — Вы мне знайте сколько жалованья задолжали? — Извини, Джок. Ты его получишь, как только я окрепну достаточно, чтобы поднять чековую книжку.
Если б! Тьфу! Это пусть детишки говорят своим плюшевым медвежатам. Если б только у вашего дядюшки имелись ролики, он был бы сервировочным столиком. И, если вдуматься, будь у вашей тетушки шарики, она была бы вашим дядюшкой.
— Вы осознаете, — браво поинтересовался я, — что в сей момент вы занимаете пространство, имеемое мною к иному применению? Или, вернее, коему у меня имеется иное применение? — Мне тоже нравится П. Г. Вудхаус, сэр, — парировал полковник, — но я бы поостерегся демонстрировать легкомыслие в находимой вами ситуации. Или, вернее, ситуации, в коей вы находитесь.
Судите сами: вы помните, когда в последний раз вам сообщали, что жить вы будете и дальше, но при одном условии — вы женитесь на безумно красивой, сдвинутой на сексе миллионерше, которая — и в этом вы довольно-таки уверены — прикончила своего предыдущего мужа почти необнаружимым манером?
Не бей даму в уязвимые места, кои у дам уязвимы все. Лично я никогда этих предубеждений не понимал, ибо я не прирожденный англичанин, но они, тем не менее, существуют…