«Когда я родилась все места были заняты. Может быть, так бывает всегда, но только для тех, кто об этом знает. Таким образом, мне оставалось только небо — то, где самолетам нечего делать, то, которого не достигает ни один самолет.Когда я родилась все места были заняты. Может быть, так бывает всегда, но только для тех, кто об этом знает. Таким образом, мне оставалось только небо — то, где самолетам нечего делать, то, которого не достигает ни один самолет.