Тимофей Петрович Царенко. Бессистемная отладка. Адаптация

Кто не горел — не возродится. Кто не тонул — не осознал, Насколько воздух мира сладок. Кто не боролся — не поймёт, Насколько нужен день покоя. Что неизменно — не живет. Бессмертный пепел, что не может Бороться, рушить, созидать. Жить хорошо, но безусловно, Когда-то нужно умирать...

Ко мне подсел Морген. — Грустишь? — Грущу. Как-то всё... Как-то всё неправильно это, Морген. Не жизнь, а выживание. На нервах можно играть, как на скрипке. Смычка не хватает.

Что такое быть лесом? Дышать миллионами листьев. Смотреть миллионами глаз. Ощущать миллионами рук. И петь. Петь бесконечно красивую и тягучую песню, в мелодию которой одинаково стройно ложатся и предсмертный хрип, и яростный клекот. И шелест травы, и плач. И тишина.

Менять тело не сложно, это словно переклеивать обои в комнате, где обитает разум.

Морген, ты забыл о трёх вещах. Во-первых, деньги тут плачу я! Или мне объяснить основы капитализма в матерно-прикладной форме? Во-вторых, я повторюсь, хватит меня держать за идиота, ты думаешь, я не предусмотрел, как обеспечить наш поход? В-третьих, я сейчас читаю забавную вики-статью о всевозможных способах казни. Там их больше трёх тысяч штук. И, как минимум, треть из них я могу повторить в походных условиях!

- Селена, ты всегда сразу убивать начинаешь? А как же предупредить? - Это и было предупреждение! Раз разбудил, говори, чего хотел. Хрен бы с ним, хотел, зачем ты хотел это в ПЯТЬ УТРА?

Всегда нужно поражать прекрасных дам. Это наш дар вечности.