— Что ты будешь с ними делать? — заинтересовался Андреас. — Убьёшь? Или прогонишь? — Что ты! — возмутилась Лара. — Я же просвещённая девушка, развившая свой разум в духе гуманизма... Я просто превращу их в людей.
— Мы в тупике. На мой взгляд, дорогая, тебе остаётся только одно: пустить в ход свою женскую хитрость. Та в недоумении уставилась на Крэха. — Соблазнить! — каркнул ворон. Лара открыла рот для возмущённой тирады, но Крэх тут же и почему-то со знанием дела добавил: — Соблазнить не значит отдаться.
— Ах! Мы же забыли их покормить! — Она виновато посмотрела на Крэха. Тот с молчаливым упрёком покачал головой. — А что я? Я пленников никогда не держала, тем более в таком количестве. Я, может, в первый раз в тюремщицах хожу... Как думаешь, не поздно им ужин нести? В ответ раздалось глухое карканье. — Да, пожалуй, поздно. Вдруг они спят? Лучше сразу с завтраком идти.
— Сколько платит вам лавочник за один предмет мебели? За один урок я буду платить вам вдвое больше. — Да вы с ума сошли! Меня засмеют и перестанут уважать. — Это лавочник вас переубедил? — Не лавочник, а моя жена. Губы тронула невольная усмешка. — Вы... Вы не хотите брать меня в ученицы, потому что я женщина, но при этом мнение женщины является для вас решающим? — горько уточнила Лара.
— Если бы ты хорошо себя вела, мне бы и в голову не пришло превращать тебя в кошку. — С чего ты взял, что я должна соответствовать твоему представлению о хорошем поведении?
— Я не пытался тебе отомстить, — возразил Андреас. — Я лишь преподал тебе урок. — Кто сказал, что я нуждаюсь в твоих уроках? Если тебя злило моё поведение, что мешало тебе уйти? Кто тебя держал?