Вирджиния Вулф. На маяк

Кто скажет с уверенностью, что надолго останется — в литературе, как и впрочем во всем?

— Уильям Бэнкс

Чарльз Тэнсли, — вот что несносно, — пока как-то не передернет, не сведет на себя, не принизит тебя, не обозлит этой своей гадкой манерой дух из всего выколачивать — он ведь не уй…

— миссис Рэмзи

Удивительно, как человек его интеллекта может так зависеть от чужих похвал?

— миссис Рэмзи

Ее простота всегда проникала в то, в чем путались, и так обманывались умники, прямодушие научило камнем, как птица, устремляться на цель, взмывать и парить и пикировать прямо на и…

Качества, при которых корабельная команда продержалась бы в в бушующем море на шести сухарях и на фляге воды — выдержка, осмотрительность, справедливость, преданность, ловкость.

— мистер Рэмзи

Хочешь — не хочешь — древнее, очевиднейшее различие между двумя классами людей: с одной стороны — неустанные, сверхупорные, вышагивающие по порядку по всему алфавиту и его затверж…

— мистер Рэмзи

Ей так неприятно было сознавать несовершенство человеческих отношений; даже лучшие из них — с червоточиной.

По ней, если честно признаться, лучше уж оболтусы, чем пишущие диссертации умники.

— миссис Рэмзи

Опять она почувствовала себя беззащитной перед лицом старого неприятеля — жизни.

Зачем жить? Стоит ли, себя спрашиваешь, продолжение рода человеческого всех этих усилий? Уж так ли оно заманчиво? Так ли уж привлекательны мы как вид? Глупые вопросы, пустые вопро…

— мистер Рэмзи

Она никогда не узнает его. Он ее никогда не узнает. Все человеческие отношения таковы, и хуже всех отношения между мужчиной и женщиной. Эти уж неискренни до предела.

— Лили Бриско

Она так прекрасна, так трогает эта любовь, но она и самая глупая, самая варварская из страстей.

— Лили Бриско

Смысл жизни не только в постели, подумал он, снова возвращаясь к Бальзаку и Скотту, к английскому роману и французскому роману.

Не очень-то хорош этот мир, за семьдесят лет уж она убедилась.

— миссис Макнэб

Его безграничная жалость к себе, потребность в сочувствии лужей растекалась у нее под ногами, а она, жалкая грешница, только и делала, что слегка подбирала юбки, чтобы не промокну…

Все, что казалось простым, пока мы пробавлялись теориями, на деле оборачивается головоломной сложностью.

— Лили Бриско