Жоржи Амаду. Генералы песчаных карьеров

Дело не в доброте. И не в ненависти. Нужно бороться.

Беспризорные, сбившиеся с пути дети, до которых никому в целом свете не было дела, оставались его первейшей заботой. Он хотел сблизиться с ними не только для того, чтобы вернуть их в лоно церкви, – падре Жозе Педро мечтал хоть как-нибудь облегчить их положение.

С первого взгляда понимали они, что из Кота вырастет настоящий сутенёр, — парень, без мыла влезающий женщине в душу, тот, кто обирает её и колотит, но зато и одаряет любовью.

Хорошо, когда жизнь радостна, плоть удовлетворена, пища вкусна и ее вдоволь, душа покойна, хорошо, когда любовь — счастливая...

Любовь — это бархатное покрывало, оно скрывает несовершенство человечества.

Жизнь была прекрасна, женщины — неотразимы, мужчины — приветливы, а стоило лишь опрокинуть рюмочку, как женщины делались краше, а мужчины — дружелюбнее.

Педро Пуля, если можно так выразиться, очистил банду от гомосексуализма, как хирург – рану от гноя.

Те, кто не знал страха при жизни, становятся нашими святыми.

Настанет день, когда мы сами перекроим свою судьбу...

У тех, кто не знает страха, в сердце — звезда.

Именно ему удалось искоренить педерастию в группе. Кроме всего прочего, для падре это был отличный урок в том смысле, как надо действовать, чтобы найти общий язык с капитанами. Пока он их убеждал, что мужеложство – грех, занятие безнравственное и непристойное, парни смеялись за его спиной и продолжали спать с новенькими и симпатичными. Но когда падре, на этот раз при поддержке Божьего Любимчика, заявил, что тот, кто этим занимается, – не мужчина, Педро Пуля предпринял самые решительные меры, изгнав замеченных в пороке из банды. И хотя священник пытался заступиться за них, Педро был непреклонен: – Если они вернуться, вернётся эта мерзость, падре.

Свобода — как солнце. Могущественней и лучше ее ничего нет на свете.

Это они, оборванные, грязные, голодные мальчишки, сыпавшие отборной руганью, смолившие подобранные на тротуарах окурки, были истинными хозяевами города и его поэтами: они знали его в совершенстве, они любили его всем сердцем.

Я хочу, чтобы радостно всё было, а вот люди у меня всегда получаются печальные. Я счастье хочу изобразить, да не выходит...

Но он знал, что Долдон, ушедший умирать в одиночку, чтобы никого не заразить, – прекрасен. Люди становятся такими, когда у них в сердце загорается звезда. Когда же они умирают, звезда эта вспыхивает в небесах.

Безрадостное существование отверженного мальчишки полно греха: Фитилю приходилось почти ежедневно воровать, нагло врать, выпрашивая милостыню у порога богатых домов.