А. Финкель

Да, я убил! Иначе я не мог, Но не зови меня убийцей в рясе. Был беззаветно мной любим бульдог, Я не жалел ему костей и мяса.

Вчера лишь нежила козла, - Слиянье черного и белого, А нынче я уж не мила - «Мой козлик, что тебе я сделала?»

Поп сив и стар. Глаза красны от слез. Одна забота — зажигать лампады. Жена в гробу. И дочка за оградой. Последний друг — худой, облезлый пес.

Наша бабка горько плачет: — Где мой козлик? Где он скачет? - В лес умчался твой рогач. А живут в лесном поселке Живодеры, злые волки, И напали на него Ни с того и ни с сего.

Одна в глуши лесов сосновых Старушка дряхлая жила, И другом дней своих суровых Имела серого козла. Козел, томим духовной жаждой, В дремучий лес ушел однажды; И растерзал его там волк. Козлиный глас навек умолк. Остались бабушке лишь ножки Утехою минувших дней, И память о козле больней, Лишь поглядит на козьи рожки. Одна, одна в лесной глуши Тоскует о козле в тиши.