Афанасий Петрович Бубенцов

— Кстати, накинете рублик — могу стихами: Сижу за решеткой в темнице сырой, вскормленный в неволе орел молодой. [Степан смеется] — Не надо стихами, ваши выкрики уже наметили.

Остановитесь, господа! Что вы делаете? Остановитесь! Разве вы не понимаете, что он только этого и ждет? Господа, всё это — маскарад, проверка. Проверка это. Пистолеты у вас заряжены холостыми патронами. Не заговорщик я. Я — актер, Бубенцов Афанасий Петрович. Господа, меня заставили эту подлость исполнять.

Там мышь! Дездемона, там мышь!!!

— Инквизитор! — Ты ори да знай меру! Надо же, инквизитором назвал! Что я тебе сделал?

Ну что вы, как можно? Я же понимаю, с кем имею дело, Ваше Сиятельство.

С кем вы работаете, Ваше Сиятельство? Дилетанты, дурновкусица. А я — артист, милейший, смею сказать, хороший. Меня декорации вдохновлять должны, будить фантазию!

— Хотелось, как лучше... — Не надо, как лучше. Надо, как положено!

— Бубенцов, ну-ка, давай на экзекуцию! — Ну, везунчик! Щас наш Стёпа отыграется за меня... Стёпушка, всыпь ему — как родному. — Позор. Дикость! Куда мы идём? Пороть артиста? Пороть трагика? — Пойдём, я из тебя комика сделаю!

— Друзья, настанет час вашей свободы, настанет! — Зря стараешься, за это не прибавят. — Молчи дурак, может я в образ вхожу. — Иди в карету...

— Ваше Сиятельство, вы что это, взаправду? — Да, всё. Игры кончились, теперь жизнь начинается, только, увы, недолгая.

Убогий ты какой-то, Мерзляев, жалкий. Ей Богу. Ты говоришь нет благородных людей в России, а вон их сколько. На каторгу за меня готовы идти. Проверка, она всем проверка. Аааа... [стреляет] А вы сомневались. Шутка — это всё, господа, шутка...

А вы от имени Отечества не выступайте. Оно само разберется, кто ему враг, кто — друг... со временем.