«Ай-ай»

Проснулся весь в судорогах, весь потный. Глянул на солнышно — господи, рань несусветная! Двенадцать часов.

Не ссы на тропе!

— Мистер, они больше не волнуют меня. Если б ты знал, чего я только не пробовал. Ай, ужас. Я и сюда-то приехал в надежде, что обилие юных и отчасти обнаженных девичьих тел вернет мне радость жизни. Я ничего не чувствую. Вообще ничего. — Как? — Не, трахнуть-то я могу, но без радости, без дрожи.

Ваня: — Ай-ай, лопата нужна. Ай-ай: — Так приди и возьми. Ваня: — Нет ее на месте, я бы сразу взял. Ай-ай: — А где она? Ваня: — Не знаю. Отдали кому-то. Мистер: — Я ее Вадику Пермяку отдал. Обещал сразу вернуть. Три дня прошло. Не идет, сука. Ай-ай: — Встань и иди. Мистер: — А что я должен был не давать, что ли? Ай-ай: — Ты должен был дать. А теперь ты должен идти.

Разговор у нас с вами будет долгий… и непростой!

Черный: — Вот блядь. Ай-ай: — Не ругайся матом на стоянке. Черный: — А с какого это хрена ты тут правила устанавливаешь, а? Ай-ай? Князь: — Его стоянка, его правила. Захочет, в попу шандрахнет, извините за непарламентское выражение. Черный: — Пусть попробует, а? Ай-ай: — Тебя не захочу. Оставь надежду.

— Чаю бы... — Да легко. Принеси сухие дрова, принеси воды, разведи костер. Чайник, заварку и сухарики любезно предоставит Ай-айство.

Касаткин, ну где еда на столе? Ты опять все съел, хитрые глаза твои рыбьи. Все утилизировал, колбасный завод. Отдай мой завтрак. Открой рот, сейчас мой зонд глотать будешь.