Альберт Старк

— Так-так, все же пожаловал к нам, Старк? — Да, ты же обещал убить мою семью и сжечь мой дом, если я не приду!

— Ты сразился с чёрным кондором и врезал ему по яйцам? — Да. Откуда вы знаете? — Это значит, что в тебе живёт подлинная отвага. Поверишь в собственную храбрость и обретёшь счастье.

— Мы живём в ужасные времена. Американский Запад — отвратительное, жуткое, грязное, жестокое место. Осмотритесь! Здесь буквально всё живое хочет тебя убить: алкоголики, преступники, злые шлюхи, голодные звери, болезни, большие и мелкие травмы, индейцы, погода. Даже в сортир ходить опасно для жизни! Когда я выхожу в нужник, я каждый раз гадаю, вернусь ли живой! Потому что вокруг него ползают гремучие змеи, и, даже если я вернусь, знаете, что меня убьёт? Холера! Слыхали про холеру?! — Чёрный дрист... — Чёрный дрист! Новый обладатель титула — «мерзейшая зараза месяца». И-и! Если вы убережётесь от всего этого, знаете, что вас убьёт? Проклятый доктор! От доктора не уйдёшь! Я как-то раз прослыл, иду к нему, и он мне говорит: «Тебе нужен ушной ноготь!». Ноготь! Прямо в ухо, что ли, его?! Вот это современная медицина!

— Даже наш пастор убил двух человек. Наш пастор! — Нет! — Честное слово! Одного на дуэли, а потом, потом пошёл и убил его несчастного сына, чтобы тот не отомстил ему когда вырастит. — Ну откуда ты это знаешь? — Да он сам всё рассказывал на проповеди! О том, как важно думать вперёд!

— Ахаха. Я много лет играю в карты, но никогда бы не поставил на тебя, Старк. Кто тебя стрелять учил? — Твоя жена. — Ах ты мразь!

— Альберт! Тебе срочно надо бежать! — А я как раз этим и занимаюсь. — Нет, нет, нет, прямо сейчас!, Клинч уже знает, что это был ты! — Да, я уезжаю. Я еду в Сан-Франциско, что надо было сделать давно. — Мне очень жаль. — Ну да, мне тоже очень жаль. — А как же твой отец? — Я спросил, едет ли он со мной. Он сказал: «Нет». Он на холме хоронит себя рядом с мамой. — Я не хотела, чтобы с тобой случилось... — Так! Знаешь, что, Анна? Не надо мне заливать! Хорошо? Не трать впустую время! Был миллион возможностей сказать правду, а ты всё равно врала! — Я не врала. — А что это было?! Ты замужем за самым грозным убийцей нашей округи! Всё-таки может быть стоило это упомянуть?! — Я не сказала, потому что хотела тебя уберечь. — Брехня! Ты искала во всём свой интерес! — Ты мне очень нравишься. Я боялась тебя отпугнуть. Я никогда не встречала таких, как ты, Альберт. — Таких, кто никого не убивал? Таких, таких? Да, это у нас большая редкость! Поэтому все женщины ноют: «О боже, ну почему все не убийцы заняты?» — Эй, я тут не при чём! Ясно? Мы поженились, когда мне было девять. — Девять? А как вы это сделали? У вас и церемония была? — Ну конечно, а как же? Пришли родители и пара соседей. Я не хотела в 15 лет остаться старой девой и всё. — Ну, я даже не знаю. Не знаю, чему я удивляюсь. Каждый раз, стоит мне влюбиться, происходит фигня, и каждый раз я удивляюсь. — Ты любишь меня? — Так, ну всё, проехали, дверь там. — Ладно, да, я соврала! А что я должна была сказать, Альберт? Надо было сказать: «Здорово, я Анна, с 10 лет сплю с убийцей»? — Он ждал целый год? Какой джентльмен. — Я округлила, почти с десяти. Но это не важно. Я рассталась с ним, вырубила его и засунула цветок в задницу! — Что? — Я сделала это ради тебя. — Знаешь, я полюбил девушку, которой вообще нет. Тебя хоть Анна зовут-то? А? Или как-то по ужасному, типа Гвенделин? — Меня зовут Анна, и я та самая девушка, которую ты полюбил. Я была самой собой, может быть вообще впервые в жизни. Я не верила, что достойна хорошего парня, а теперь верю. Я люблю тебя.