Александр Стрелецкий

— Я надеюсь, ты не собираешься меня обвинять во всех своих бедах? — Нет, что ты. Это было бы глупо. В конце концов преступник здесь я. А ты только родил, воспитал и посадил преступника.

— Хорошо. Тогда перейдем к сути проблемы. Как бы вы сами её сформулировали? — Как бы... Как бы я сформировал. Ну, например так. Возможно, это только возможно, период формирования меня как личности пришёлся на острую фазу конфликта родителей, где отец выступал в роли абьюзера. В конечном итоге этот затяжной конфликт спровоцировал депрессию на фоне которой у мамы развилась тяжёлая болезнь, а потом её не стало. Так же возможно, что отец, не в силах принять свою вину, решил её экстраполировать на кого угодно из своего ближайшего окружения кроме себя, и я оказался как раз самым подходящим для этого вариантом. И конкуренция за внимание мамы на протяжении всей её болезни это следствие этой экстраполяции. Возник новый вид зависимых отношений, в котором отец встречал всё большее сопротивление со стороны сына и, в конечном итоге, обозначил себя в этой ситуации победителем, проведя ритуальный половой акт с моей женой. Но это теория. Вы конечно можете всё иначе интерпретировать. Не могли бы вы с точки зрения классической психологии объяснить мне: Почему мой папа решил трахнуть мою жену!? Только чур не про обратного Эдипа, чур не про Эдипа, я его первый застолбил.