Андрей Евгеньевич Быков

Настя, ну это как так то? Ты, вроде, подумала, и все равно чушь сказала!

— Ты будешь моим рабом, бессловесным, бесправным существом, готовым исполнять все мои прихоти. — Все? — Ну, почти все — для некоторых ты не подходишь.

— Андрей Евгеньевич Быков

— Язва у него случилась! Я ему не мама! Я — терапевт! Всё, что нужно врачу, я уже выяснил. — Вы не правы! С больными надо общаться! Слово тоже лечит. — Тогда приложи ему к желудку…

— Андрей Евгеньевич Быков

— Андрей Евгеньевич, вы подлый и циничный! — Да, но зато опрятный.

— Варя Черноус

Вот эти люди, дети, расскажут вам всё о половом созревании. А может, кое-что и покажут... если не удержатся!

— Андрей Евгеньевич, я долго обдумывал ваш поступок... вы, вы... — Выхухоль? — Вы мой кумир! — О как. И ты, наверно, хочешь от меня ребёнка? Извини, я сейчас занят. Ну, может вече…

— Борис Левин

— Ты меня даже не ревнуешь! — Ты обалдела чтоль?! Ты беременная! Я тебя пометил и застолбил. Считай это высшим проявлением мужской ревности!

— Анастасия Кисегач

Один, два... ...девять, десять... Левин, я очень хочу тебя убить... И с каждой секундой мне всё сложнее и сложнее себя сдерживать... Беги Левин, беги...

Дорогие друзья! Вы не представляете, с каким трудом мне удается совмещать в себе три великих звания: падлы, фашиста и руководителя вашей интернатуры!

Женщина, пах, бритва — чувствуешь уровень опасности?

Настя, я знаю, что ты змея подколодная, но я не кролик! Зачем ты меня гипнотизируешь?

Не понял, что за нестандартная реакция? Ты что, гад, ночью за смелостью к Гудвину бегал?!

Все правильно, Лобанов... Но это же неправильно!

Не паникуй, чувствуй себя уверенно, но помни — ты без юбки.

— Вы что здесь балду-то пинаете? — Отдыхаем после тяжелого рабочего дня, а что нельзя что ли? — То есть, ты отдыхаешь после отдыха? Круто! По-лобановски!

— Андрей Евгеньевич Быков

— Смотрю на тебя и думаю — стареешь ты, Андрюша. — Купитман, да я по сравнению с тобой — младенец с розовой попкой.

— Иван Натанович Купитман