Борис Левин

— Слушай, это может быть очень серьёзно. У тебя там... вдруг, допустим, ишиас? Или того хуже — межпозвоночная грыжа. Давай посмотрю. — Иди мультики посмотри!

[Обиженно Любе] Отлично... Сама на секс подсадила, теперь шантажирует!

— Здравствуйте, Андрей Евгеньевич... — И тебе не сдохнуть!

— Андрей Евгеньевич! У меня в морге встал! — Бывает. — Труп встал! — Вот что, Левин, выйди, вернись в сознание и войди снова.

Ведьмы и упыри — шабаш на посту. Кто последний, тот выносит утки!

— Слушай, Левин, а кто она? — Ну, настоящий джентльмен оставит имя своей дамы в секрете. — Настоящий джентльмен трусы своей дамы никому показывать не будет.

— Скорее всего вам эта просьба покажется вычурной... с какой-то стороны даже немного экстравагантной... — Как меня заводит твой интеллигентский бубнеж!

— Андрей Евгеньевич, я долго обдумывал ваш поступок... вы, вы... — Выхухоль? — Вы мой кумир! — О как. И ты, наверно, хочешь от меня ребёнка? Извини, я сейчас занят. Ну, может вечером.

— Меду прочим, Любе больше нравятся ромашки, она сама мне говорила! — Ромашки... ты б еще меньше зарабатывал, она б вообще укроп любила!

— Семён, но это же глупо! Самый худший врач клиники пытается обмануть самого лучшего. — Левин, ты сейчас будешь самым мертвым врачом клиники! Понял меня?

— Почему у вас пена изо рта идёт? — Левин! Как он тебе ответит? Он занят! Он умирает!

Халат, Лобанов, это лицо врача. А ты вон в своё лицо, получается, ботинки заворачиваешь.

— А ты, доктор Ленин, почему руку не поднял? — А я не Ленин! — Так ты и не доктор!

— Любовь Михайловна, как насчет запереться в сестринской и спровоцировать мощный выброс эндорфинов? <...> — Хрен тебе, а не выброс эндорфинов. <...> Неделю без секса походишь – поумнеешь!

— Я про остановку сердца повторял... Так нечестно, Андрей Евгеньевич! — Это ты не меня, это ты его обвиняй, что он болеет не тем, что ты знаешь.

У меня узкая зона микроклиматического комфорта.