Андрей Васильев (напарник Алексея)

— Что у вас с Татьяной? Неразрешимые противоречия или просто поссорились? — Эх, Андрейка, в отношениях ничего простого в принципе не бывает, тем более с Татьянами.

— Зацени! Махнул не глядя! Раритет! Круто в таком прикиде прийти на выставку? [демонстрирует кожаную куртку-косуху] — Куда? — У моей дочери — выставка, я хочу сегодня выглядеть как бог! — Ну вообще-то, в таком прикиде вы выглядите как... — Молчи! У тебя нет вкуса.

— Будете так гонять — права отберут. — Да пусть отбирают, они ведь всё равно просроченные.

Бить женщину — это исключительное скотство!

— Подушка безопасности в твоём драндулете есть? — Конечно! И простыня, и одеяло... и подушка.

Я хочу быть первым, кто всё поправит, прежде чем осколки будет не собрать.

— Нет прикинь, тридцать пять лет мужику, Шишкину этому, и что ж его теперь в тираж списывать? — А вы хотели напоследок в большой стриптиз удариться? — Да нет, куда там? Потеряла моя задница былую упругость...

Да я не переживаю. Я сам отвёз её в роддом, девять месяцев читал книжки про беременность. Посмотрел домашние роды по сети, чужие, зачем-то... Я не переживаю. Я не переживаю... Я в панике.