– Я лишь пытаюсь вас понять. – Ты смертная. Тебе это неподвластно. «Боги тоже смертны. Иначе зачем мы едем за артефактами, способными защитить Царя?» Анубис молчал довольно долго. Наконец он посмотрел Ифе прямо в глаза. – Ты права. И всё же прожитая вечность даёт нам преимущество. «Я даже не знаю, сколько времени провела на Полях Иалу. Возможно, тоже вечность, – девушка не смогла сдержать тихого смешка. – Важны не годы, а то, как они прожиты».
Можно ли рассчитывать на жизнь — что она ограничит сама себя? Нет. Она — бессмысленное стремление двойки стать бесконечностью. Можно ли рассчитывать на смерть — что она ограничит сама себя? Никогда. Она — столь же бессмысленное усилие нуля поглотить бесконечность.
– Хорошие у тебя приказы, – ухмыльнулся Каратель. – Я старше – мне можно. – Сетх, ты говоришь, как смертный. Разве хоть кто-то из нас кичится возрастом? – Мне нравится вести себя, как люди. Это добавляет индивидуальности в нашем бесконечно древнем и скучном кружке бессмертных.
– А что сейчас проходят Амен и Агния? – Они преодолевают свой главный порок, что зародился внутри в их переломный момент. Всё это время он менял их, отягчал чёрствые сердца, служил защитой от боли. И чем дольше порок живёт в них, тем сложнее с ним бороться. Он въедается намертво. Не одолев его, они навечно будут связаны со своими кошмарами. – Что же это? – Чувство, которое мы сами взращиваем в себе. Оно выжигает внутри все прочие, меняет нас, уродует до неузнаваемости. Это ненависть. И пламя её горит внутри, заставляя покоряться ей…
Я не боюсь смерти, потому что знаю, что не умру! — Выпрямляю спинку и заглядываю в его темные с вертикальным зрачком глаза. Он, улыбаясь, обнимает меня за талию. — Даже если и так, надо бояться ее и не стоит ее торопить. Даже ничтожная безмозглая букашка и то старается выжить и не опускает лапки. — И к чему это все? Ты же бог смерти! — В том-то и дело Саша! — Он нежно целует в шею, отстранившись, опять заглядывает в глаза. — Как ни смешно это не звучало, но бог смерти ценит жизнь! Я не бог зла как можно было бы подумать. Это у нас Апоп этим грешит. Без жизни и нет смерти. Существо рождается, растет, живет и умирает. Страх смерти и жажда жизни это естественно.