Быть сильным человеком — не значит являться порядочным или социально адоптированным. Это то качество, которое принадлежит всем независимо от образования, цвета кожи или образа мыслей.
Два человека могут знать о скандальных выходках неопытной и безрассудной юности, знать о мерзких «заблуждениях прошлого», помнить прегрешения по отношению друг к другу и всё же испытывать обоюдную любовь.
Если не можешь вынести собственный взгляд и, всматриваясь в бездну зрачков, сказать со всей искренностью, что хочешь по-настоящему научиться любить себя, то разве отважишься сказать подобное другому человеку, вкладывая в это понятие весь спектр чувств, все оттенки уязвимости, незащищённости и готовности быть восприимчивым?
ᅠ В какой-то момент начинаешь замечать, что слова в твоей голове прессуются и укладываются в тайный уголок сознания. Они превращаются в эдакие коробки, которые обещаешь разобрать завтра. На этой недели. Обязательно в ближайшие дни. ᅠ Незаметно закуток сортировки пополняется, пока однажды оказывается настолько захламлённым, что уже не помещается даже фантик, огрызок мысли. Как-то даже и забыл, что имелся тёмный чулан, просто автоматически сбрасывал туда свёртки с пометкой „не вовремя“. Вот только их груз и эхо обещаний ударяется о стенки черепа, создавая угнетающее гудение и тяжесть. ᅠ Невысказанные слова, эмоции — все они остаются отвратительной бесформенной грудой, которая медленно покрывается плесенью, начинает гнить. Отравление проявляется неожиданной вспышкой раздражения, всплеском уныния и апатии. ᅠ Единственный способ излечиться — выгрести истлевающие ящики и извлечь их содержимое на свет божий. Многие этот процесс воспринимают буквально и думают, что с помощью обнажения обретут желанную лёгкость и освобождение. Но обнажать нужно вовсе не тело — сознание. ᅠ Подобное может испугать, ведь социум одобряет половое раскрепощение, из-за чего легче раздвигаются (раскрываются) ноги, чем душа. Происходит подмена понятий, кажется, телесная близость непременно настроит обоих на одну волну, однако по факту лишь вырастает страх (порой даже неосознаваемый), что неинтересен возлюбленному как личность, как индивид, как человек. Проклёвывается неуверенность, начинает дуть дьявольский ветер. ᅠ Он пронизывает, принося тревогу, что отношения, построенные на поверхностном влечении, дадут трещину, если уйдёт главная соединяющая деталь, породнившая двух людей. ᅠ Впрочем, даже общение с приятелями по принципу водомерок, которые скользят по морской глади, но никогда не ныряют вглубь, не позволяет сформировать тесные и тёплые связи, из-за чего важные пласты жизни не затрагиваются, и человек чувствует себя изолированным. Непринятым. ᅠ … и охваченный горечью и досадой, набивает очередную коробку сильными чувствами, перевязывает её толстой бечёвкой и запихивает как можно дальше… ᅠ Поговори со мной. ᅠ Позволь тебя услышать.
Резко потерять все опоры и остаться в полном одиночестве — настоящий кошмар! Это хождение по оттенкам чёрного. Думаешь, вот наконец-то и белый, та самая полоса удачи, но стоит присмотреться, как становится понятно, что это только светло-серый, а вовсе и не белый. Вот и мечешься между разными оттенками и не можешь ступить на другой цвет. Не все в этом мире находят своё счастье, не у всех налаживается жизнь — это только в сказках рано или поздно всё налаживается. Многие бродят в оттенках чёрного и понимают, что дальше может быть только хуже...
Фраза «Приговорённые к смерти» звучала глупо. Ведь мы все изначально приговорены, разница только в том, как долго длится заключение каждого из нас. Что если земля – это тюрьма? А наше пребывание здесь – это отбывание срока и чем длительнее он, тем тяжелее совершённое нами преступление? Тогда что в этом случае самоубийство? Своеобразная взятка и уклонение от приговора? Побег из тюрьмы?
Тюрьма заставляет ощущать себя микробом, заключенным в чашке Петри. Кажется, можно жить, но шаг в сторону — и натыкаешься на стеклянную преграду. А биологи, они же надзиратели, следят за развитием микроорганизмов, но что может вырасти в неглубоком круглом прозрачном сосуде с плоской крышкой, в котором заточены разные субъекты?
Надежда — это жгут, который накладывают выше ранения, и у тебя есть не так много времени, чтобы получить врачебную помощь. Ты не сможешь жить с этим жгутом вечно, потому что непрерывная, длительная перетяжка вызовет паралич и омертвение. Поэтому, если хочешь жить, избавляйся от своего жгута-надежды.
Если тебя в оборот взяла ситуация — прекрати чему-либо удивляться и кричать, что этого просто не может быть. Это происходит, а значит может. Иначе, отрицая очевидное, можно сойти с ума.
«Ладно, — мысленно произнесла я, когда мужчина положил ко мне на колени свою рубашку. — Если он и правда вздумал меня изнасиловать, то я не окажу сопротивления. Насильникам нравится, когда их жертвы брыкаются и визжат, это их распаляет, поэтому я буду бесчувственным бревном». Меня бросало в дрожь от мысли быть изнасилованной, но какой смысл думать о заднице, когда тебя могут убить? Это то же самое, как если бы я, склонив голову над плахой, беспокоилась о своей причёске, а не о топоре, который уже практически опустился на шею. Главное — остаться в живых, даже если придётся пройти через такую ужасную ситуацию. Это не было постыдной слабостью — это всего лишь выбор между плохим и очень плохим.