Арчи Гудвин

... моему разуму не над чем было работать, и он отпустил меня спать.

Главное — не столько заработать деньги, сколько знать, что они действительно заработаны.

Знаете, моя мама как-то мне сказала: «Никогда не ходи туда, где тебя не хотят видеть».

В конце концов нас запихнули в крохотную камеру с двумя койками, уже заселённую примерно пятьюдесятью тысячами душ. Двадцать тысяч обитателей представляли блохи, ещё двадцать тысяч — клопы, а остальных я и по сей день не могу классифицировать.

— Как бы то ни было, ты знаешь эту девушку три года. Она убийца? — И да, и нет. — Конкретнее. — Да — потому, что она попросила меня изменить показания в её пользу. — Я не убивала его! — А нет — не такое конкретное. Если девушка беременеет, её первая реакция — женить на себе мужчину, а не убить его. Ребёнку нужен отец. А мёртвый отец — не вариант. — Глупости! Я не беременна. Девушка может забеременеть только одним способом, а мы к нему не прибегали.

Она была весела от природы, и для того, чтобы лишить ее этого качества, одного внебрачного ребенка было явно недостаточно.

Джулия объяснила, что в мире не существует хороших мужей, потому что нет хороших жён, и наоборот.

Он был настроен очень даже дружелюбно — как человек, у которого кончился бензин в безлюдном месте, и вдруг мимо проезжает автомобиль.

Разумеется, девять женщин из десяти постоянно опаздывают...

— А что, если на Вас спрятан «жучок»? Есть лишь один способ это выяснить, навряд ли он Вам понравится. — С чего Вы взяли?

– Мне что-то попало в глаз. – Плохо дело. В левый или в правый? – Сейчас соображу. «Господи,– подумал я, где она была все годы, чтобы отозваться на такой банальный трюк?» Я наклонился, чтобы всмотреться в ее глаза, которые были в десяти дюймах от меня, а она всмотрелась в мои. – Я вижу,– сказала она. – Да? Что же это? – Я. В обоих глазах. И вытащить меня нельзя.

Из десяти тысяч женщин, в которых я влюблялся, все десять тысяч знали это еще до того, как я сам понимал.

За что я не люблю утро — так это за то, что оно всегда наступает, когда я еще сплю. Я встаю, умываюсь, одеваюсь, добираюсь кое-как до кухни, заправляюсь апельсиновым соком, — и все это как в тумане. Я просыпаюсь по-настоящему только после четвертого блинчика и второй чашки кофе...

... чем меньше человек моргает, тем усердней он думает. Если он моргает три или четыре раза в минуту, значит, его мозг работает на полную катушку.

— Вы гарантируете конфиденциальность? — Если Вы не убийца и не государственный преступник. — Всяк грех глаголет, но убийство вопиет. Измена Родине себя не окупает. Будьте спокойны — я чист.

Я часто говорю людям, что прежде, чем открывать рот, нужно удостовериться, стоит ли это делать.