Бен «Зомби» Пэриш

Сейчас время нарушенных обещаний.

Но самое тяжкое — это не ворваться в закрытую комнату. Самое тяжкое — это секунда перед тем, как броситься на дверь.

Мы не боремся с пятой волной. Мы и есть пятая волна.

— Что там? — Плохо, сержант. — Значит, сделай так, чтобы было хорошо.

Я погрузился так глубоко, что до меня уже никто не сможет дотянуться. Впервые за много недель ничего не чувствую. Даже не ощущаю себя как себя. Невозможно понять, где заканчиваюсь я и где начинается небытие.

Мы знаем слишком много. Мы почти ничего не знаем.

— Она вернётся, — твёрдо проговорил Бен. — Почему ты так уверен? — Потому что у нас нет резервного плана.

Я хоть умру с широко открытыми глазами. Умирая, я буду знать правду.

Я наращиваю мускулатуру, но верну ли я обратно свою душу?

Отступление — не выход. Наступление — не выход. Оставаться на месте — не выход. Выхода вообще нет.

Есть вещи, которые не обещают. Их просто делают.

Иногда недосказанность убивает правду.

Обещание — как смертный приговор, захлопнутая дверь камеры, камень на шее.

В Евангелии сказано: «Истина сделает вас свободными». — Не верьте. Порой истина закрывает дверь в камеру и запирает её на тысячи засовов.

В ту минуту, когда уже нельзя убегать от прошлого. Когда необходимо обернуться и встретиться лицом к лицу с тем, с чем ты боялся встретиться раньше...

— Самое сложное — первые две с половиной секунды. — А самое лёгкое? — Последние две с половиной секунды.