Бенджамин Пирс (Hawkeye)

Я держал в руках бьющееся сердце, ковырялся в почках, починял их, вдувал воздух в опавшие легкие, как в старый орган, бесконечно ворошил кишки и внутренности и всё же не пойму – почему мы живем? Что дает нам силу двигаться? Почему сердце бьется без всякой подзаводки? Почему делятся клетки и в таком количестве? Какая сила слепила нас и сделала такими сложными организмами? Я видел много тел, и они не переставали удивлять меня…

— Ты мне не доверяешь? — Нет, с тех пор как нашла тебя в своём спальном мешке.

— Сестра, вам форма не жмёт? — Где? — Как насчёт у меня, через пять минут?

Мы должны когда-нибудь это сделать. Выкинуть всё оружие и пригласить ребят севера и юга на вечеринку с коктелями. Войну выиграет последний, оставшийся на ногах.

— Добро пожаловать обратно в дерьмовый реальный мир! — Верните меня обратно! У меня там фул-хаус против двух пар у святого Петра. — Оу! Тузы и двойки! Возвращаю, сестра, анестезию.

— Одну минутку, капитан! — Иди, Радар. — Стой! — Я сказал, иди. — А я сказала, стой! — Она старше по званию. У нее на форме больше всяких штучек. — У нее и под формой больше всяких штучек. Иди.

— Это отвратительно, что ты спишь в своих кальсонах! — В твоих спать гораздо лучше.

Мои мозги посылают мне телеграммы с просьбой об отдыхе!