Библиотекарь

— Судите сами, — с упоением говорил Библиотекарь. — У меня с людьми торговые отношения. Всё ясно, как чистая вода, пронизанная солнцем. Вы мне — душу, я вам — колдовскую силу. Жизнь ваша станет легче и радостнее, хоть и немного опаснее. А как обстоят дела с Богом? — не прерывался рогатый. — Вам остаются только надежды, которые часто не оправдываются. Люди молятся в расчёте на то, что их мольбы будут услышаны, но это очень не надёжно. Во-первых. Вы не находите, что это несколько самонадеянно — ожидать получить желаемое, сделав так мало? Просто помолиться! Во-вторых, люди сами придумали правила игры, не спросив другую сторону — Бога, а согласна ли она с этими правилами. Люди надеются, что у Бога хватит времени услышать молитву каждого. Иные будто ставят условия: «Я помолюсь, совершу доброе дело или буду соблюдать все заповеди, но за это, Господи, изволь исполнить моё желание. А если ты не сделаешь то, о чём я прошу, я буду крайне разочарован. Так разочарован, что, возможно, перестану в тебя верить». Человек не слышит другую сторону, оттого что у них не установлен чёткий диалог. Это странно и несправедливо. Представьте, если бы Бога можно было вызывать, как меня, и договариваться с ним напрямую. К примеру: «Я буду год совершать добро, а ты за это сделаешь меня богаче. А лучше сделай меня богатым сейчас, и завтра я пожертвую часть денег церкви». Но этого не происходит. В свою очередь я предлагаю честные договорные отношения и никого не обманываю, а злом почему-то величают меня! Тут Лара поняла, что вся тирада о Боге затевалась с одной-единственной целью — пожаловаться.

Библиотекари — стражи ключей к замкнутым дверям знаний.

Так трудно выбрать... много возможностей — не всегда благо.

Библиотекари — маги, превращающие слова в волшебство и призывающие чудеса на каждой полке.

Книги книгами, главное не забывай учиться.

— Я уверен, что у мистера Маллигана тоже имеется своя теория о поводу пьесы и по поводу Шекспира. Надо учитывать все стороны жизни. — Шекспир? Мне кажется, я где-то слыхал это имя.

— С какой стати ей слушать? — сказал он. — Из-за чего здоровому легкомысленному ребенку интересоваться глубоко теологической загадкой?

Такова уж стариковская доля — тревожиться за молодых. А удел молодых — презирать стариковские тревоги.

Библиотека — это место, где история искала свои страницы, и где будущее ищет свои начала.