Брэндон

— Боже, не представляю, как ты его терпишь. Ладно ещё я. Он мой сын, у меня-то вариантов нет. — Я все ещё здесь! — Знаете, с трудом. — Алло!

— Здравствуйте. Олив, кажется, здесь живёт? — У нас их полная банка в холодильнике. — Простите, я наверно, ошибся... — О, это шутка! Заходи!

В мире не так много вещей, которые длятся долго. Любовь не бесконечна, да и любая работа, и такой вот приятный вечер со стаканчиком — все это проходит. Но есть две долгие вещи: власть и служба. Если ты хорошо послужишь своему хозяину, то и он хорошо послужит тебе, и вы оба будете довольны.

— Что-то никак не пойму — ты гений или псих? — Ну, вроде это одно и то же.

— Как ты можешь оставить меня? Неужели для тебя нет ничего важнее мести? — Это все, что у меня есть, Мишель. Больше во мне ничего нет, поэтому я такой... — Брэндон, у тебя была я! Как бы тяжело ни было, я была с тобой. — Я потерял тебя ещё тогда, когда оставил вас... Я потерял тебя тогда, когда отпустил после той ночи... Тогда, когда рассказал всем о нас и повёл себя, как полный эгоист. Ты бы не простила меня, даже если бы хотела.

— Мы говорим от имени Земли. — Почему земля говорит со мной? — Мы умираем, Брэндон. Злые чары нарушили баланс в природе. — Разве у вас нет магии? Вы ведь волшебные деревья. — Зло есть только в мире людей, Брэндон. Земля же не ведает зла и потому нет защиты от него.

Я надеюсь, вы станете лучшими подружками. Будете обсуждать ночами на пролёт, какой я козёл.

Каждая проблема, косяк или неверный выбор — это жизненный опыт для человека. Без опыта мы становимся слишком избалованными.

Ваше сердце должно принадлежать вашему партнёру.

Я оборотень. Днём — брутальный самец, ночью — воспитанный мужчина.

Ты не понимаешь, как это для меня тяжело. Я в школе буквально задыхаюсь. Будто меня душат. И мы можем сколько угодно сидеть тут и фантазировать о том, что, когда-нибудь всё будет по другому. Но пока это отстой.

Журналистика — это искусство внушать людям то, во что сам не веришь.