Бри Ван де Камп

— ... Если Вы подрядились в ангелы-хранители, то должны знать, как я жил до Вас. — Что было, то прошло. — Прошло ли? Стоит мне оступиться и окажусь в такой вот клоаке, если не хуже. Только представьте. — Питер... — Бри... Со мной опасно связываться. Сколько людей пытались мне помочь, и все махнули рукой. — Рекс клялся мне в верности. Джорж — что никогда не обидит. Оба солгали. Будь со мной искренним, и увидишь — я могу многое вынести. Пойдём-ка домой.

— Ты расстроен, да? Ещё думаешь о моих словах в церкви? — О каких, дорогая? Твой ответ «Да», или вопрос «Ты убил свою жену?».

– Я хочу быть председателем женского комитета, а преподобный Сайкс очень обрадовался, что я привела новых прихожан, так что, если ты не придёшь… – А-а-а, ты не получишь должность! – Ну да. – Тогда забудь. Борись за власть при помощи других. – Линнет, ты же сама со всем этим ко мне обратилась! – Да, и знаешь почему? Из всех моих друзей ты единственная, кого я считала верующей! У тебя с Господом существуют свои отношения – так я раньше думала. – Линнет… – У меня было несколько очень тяжёлых месяцев, ясно! Но и у тебя были трудные времена, и я считала, что тебе помогает вера. И честно говоря, я тебе даже завидовала. – Это так, она помогала! – Правда? Хорошо, как? – Так не скажешь… – Но это же не ответ. Я пережила рак, пережила ураган и не знаю, почему осталась жива, а другие погибли! Я этого не понимаю! Но хочу знать. – Линнет, почему ты мне не сказала? – А ты спросила? Ах да, ты же не любишь вопросов.

– Ммм… итак, вы кого-нибудь убили? – Извините?! – Я заметил, что угощения, которые вы готовите, являются показателем уровня ваших душевных страданий. Чем изысканнее выпечка, тем сильнее ваши мучения. Сегодня – ореховые бисквиты с шоколадной крошкой и смородиной. И я повторяю вопрос: вы кого-то убили?

— Только не здесь. Я хочу чувствовать себя «особенной». — Ты и есть «особенная». — Ты не занимался с другой любовью на этом диване? — Ну... не с такой «особенной».