Д.А. Браун

— Бессердечная ты скотина, Браун. Мы всего-то и можем, что помолиться за капитана, за командира, за остальных... — А кто за нас помолится, Квири? Молитвами их не вернешь, а мы еще можем спастись.

— Ты хотел быть главным, Сиберт?! И ты им стал! Но дома тебя не ждут ни жена, ни дети. Ты сам по себе, прячешься себе внизу. Тебе нечего терять. — Мне тоже страшно. Я тоже не хочу умирать. Просто не вижу смысла говорить об этом.