Дариус Тэнз

— А почему ты не вложишь свои деньги? — Мои карманы уже пусты. — Твоя увлеченность мешает финансовому чутью. — Усилий не жалко только на то, ради чего готов все потерять.

Бюрократия убьет нас раньше, чем прилетит астероид. Нужно мыслить шире, чем правительство и действовать гораздо быстрее.

— Если необходима проверка, пусть ее проведет профессионал. Пусть это сделает Тереза Питерсон. — Не смеши меня. — Она корпоративный юрист, разбирается в слияниях и приобретениях и судебной бухгалтерии, если не ошибаюсь. — Дариус, не думаю, что это правильно. — Только что ты подтвердила это. Доверять можно только тому, кто отказывается от работы.

— Значит, чтобы спасти мир, нам нужен миллиард, которого нет, уран, который не достать и несуществующая технология? Ну, неплохо. — Разве было бы весело, если бы Супермен сразу поймал злодея? — Весело? Для вас это весело?

Дядя, мы с тобой, как семья из Помпей — многие века похоронены под пеплом. Пора выбраться наружу.

— Мой профессор исчез, к земле летит астероид, а вы говорите о походе на вечеринку? Вы верите хоть одному его слову, что все под контролем? — Мы не станем ждать, пока нас спасет правительство. Мы сами себя спасем.

— Почему ты не говорил, что у твоего начальника охраны впечатляющий список преступлений, за уничтожение которого ты немало заплатил? — У нас всех есть прошлое, которое хочется вычеркнуть из памяти. Лаз единственный, кому я всецело доверяю. Он этого не делал. — Люди меняются, Дариус. Меняются и лгут. Иногда они делают это под самым носом.

Такие как мы, упираясь в стену, видят три варианта: обходят ее, перелазят через верх или делает подкоп. А если не выходит — мы ее взрываем.

Удивительно, как легко люди верят в самое худшее.

В руках большинства из вас компьютеры в миллионы раз умнее, чем тот, который пятьдесят лет назад отправил человека на Луну. Человеческая гениальность — большая сила. Каждый день мы решаем нерешаемое. Представьте, что бы подумали ваши предки, узнав, что мы можем летать, лечить болезни, платить за парковку кредитками... Если мы способны на невероятное, то наверняка сможем столкнуть с курса космический булыжник, но только, если будем работать вместе, сообща.

— Пентагон хочет через сорок восемь часов увидеть работающую модель. — Нет, это невозможно. — Малькольм, вы только что опровергли Третий закон Ньютона. Все возможно.

— И кто все эти люди? — Конгрессмены, дипломаты, главы штабов и корпораций — практически все и вся и это делает тебя уже кем-то. — Ох, какая честь. И это все часть вашего плана? — Я пришел сюда наладить кое-какие связи. Ты здесь ради бесплатной еды — наслаждайся. — Супер, я навещу председателей комитетов штабов. — Постарайся не пролить вино на тайны национальной безопасности.

— Тэсс, не проходит и дня, чтобы я не жалел о том, что случилось между нами. — Тебе нужно было добиться всего этого, иначе ты был бы несчастлив. — А что, если я все равно не счастлив? — Глупости, у тебя все есть. — Почти...

Сколько есть способов умереть? Конечно, есть варианты умереть от старости и прочая скукотища, но я говорю о крутых вариантах: эпидемии, ядерные войны, глобальное потепление, фаст-фуд... Существует бесконечное число способов умереть. Нас с вами однажды не станет, но человечеству умирать вовсе не обязательно. Я понимаю, нам всем вроде бы тепло и уютно на нашем постпалеолитическом пьедестале, но уверяю вас — все может измениться. Скоротечно. За последние сто миллионов лет произошло как минимум пять случаев массового вымирания, народ, пять! Если мы не хотим кончить, как динозавры — нам нужна стратегия выхода, поэтому колонизация Марса это не просто пустая мечта — это необходимость. <...> Серьезно, мы сложили все наши яйца в одну космическую корзину, и если Вселенная решит усадить свою большую старую задницу на эту корзину — нам крышка.

Высоту можно набрать только продвигаясь вперед.

Я хорошо читаю людей. Это и дар, и проклятие.