Дебора Гелли

Годы властны надо мной, Лапша. Мы оба постарели. Нам остались лишь наши воспоминания. Если ты пойдёшь на приём в субботу, у тебя даже их не останется.

— Давно ждёшь? — Всю жизнь.

«Возлюбленный мой бел и румян, его кожа словно чистое золото, щёки его — цветник ароматный…» несмотря на то, что он не мылся с прошлого декабря. «Его глаза словно глаза голубя, тело цвета слоновой кости, ноги его словно колонны из мрамора…» в брюках таких грязных, что они могут стоять сами. «Его можно любить всего...» но он всегда будет мелким хулиганом, поэтому он никогда не будет моим возлюбленным. Какая жалость.

— Привет, Дебора. Неужели ты ничего не скажешь? — А что можно сказать, когда прошло более тридцати лет? — Ну, например: «Здравствуй, как дела? Хорошо выглядишь» или «Надеялась больше тебя не увидеть». — Я и вправду не надеялась, это разные вещи.