Дэвид Гейл

— Знаешь... эти состояния, через которые проходят обреченные на смерть. — Гнев, отрицание, склочничество, ээ... — Депрессия. — Депрессия, смирение. Какая у тебя сейчас? — Отрицание. — Ну, отрицание — это даже неплохо. — Я устаю от самого процесса. Не нравится мне вся эта эпопея умирающего человека. Изумляться травинкам, рассказывать встречным, как ценить каждый миг.

Вам близка философия Лакана. Фантазии должны быть нереальными. Потому что в тот момент, когда вы достигаете того, о чём мечтали... вы перестаете это хотеть. Чтобы стремление продолжало существовать, его объект должен быть недосягаем. Вы хотите не того, чего хотите, а мечты об этом. Поэтому действительно разумный человек старается жить идеями и идеалами. Он живет сочувствием, участием, разумом и даже самопожертвованием. Потому что в конечном счёте мы можем оценить значение своей жизни только ценностью для других.

Я хочу, чтобы вы вернулись в свой разум и рассказали всем, о чем вы мечтали. Мир во всем мире? Вряд ли. Вы мечтали о мировой славе. Вы мечтали выиграть Пулитцеровскую премию, или Нобелевскую премию... приз MTV Music. Вы мечтали о том, чтобы встретить гениального партнера, который согласился бы во всем вам угождать. <...> Мы подходим к главному. Мечты были нереалистичными, потому что в тот момент, когда вы получаете то, что искали, вы больше не хотите, вам больше это не нужно. Чтобы страсть существовала, ее объект должен постоянно отсутствовать. Вы хотите не что-то, а вашу мечту о чем-то. Именно так, страсть поддерживает безумные фантазии. Вот что имел в виду Паскаль, когда сказал, что мы истинно счастливы лишь тогда, когда мечтаем о будущем счастье. Почему мы говорим, что охотиться приятней, чем убивать, и что нужно следить за тем, чего желаем, не потому что вы этого не получите — потому что вы будете обречены не получать этого, как только пожелаете. Так что мы получаем в итоге? В погоне за желаниями вы не сможете обрести счастье. Бытие человеком означает борьбу за идеи, идеалы, оценка своей жизни не тем, что вы получили или заработали, а теми небольшими моментами целостности, сострадания, осознанности, даже самопожертвования.

— Послушайте, я знаю, что не очень хорошо справляюсь... но, чтобы сдать экзамен, я готова на все. — На все? — На... все. — Хорошо, Берлин. Я поставлю тебе хорошую оценку, я поставлю тебе очень, очень хорошую оценку, если ты будешь... учиться.

Мы проводим всю нашу жизнь, пытаясь предотвратить смерть. Питаемся, изобретаем, любим, молимся, сражаемся, убиваем. Но что мы знаем о смерти на самом деле? Только то, что никто не возвращается. Но в жизни бывают ситуации, мгновения, когда разум переживает свои желания, свои пристрастия. Когда ваши привычки живут в ваших снах. И когда потери... Может, смерть — это дар. Как думаете?