Доктор Грегори Хаус

— Сердечный приступ, инсульт, припадки, смерть, или ещё хуже! — Хуже? Двойная смерть?

— Доктор Джеймс Уилсон

— То есть я его разрезал и забыл вынуть селезенку? — Все органы на нее похожи. Красные и скользкие.

— Доктор Грегори Хаус

— Наводите на кого-то порчу? — Это по латыни чёрный свинец.

— Доктор Грегори Хаус

— Вот ты где! А я то уж было подумал, что у меня сломался детектор святых! Печень, почки и легкие пациента отказывают — ты должна мне помочь найти причину. — Как я помню, у вас ес…

— Доктор Грегори Хаус

Моё счастье оплачивается жизнями людей.

— Он счастлив. — Он мертв.

— Люди счастливы в браке, а тебя так и подмывает испортить им жизнь! — Она сказала, что счастлива? Прямо так и сказала? — Нет, у неё из задницы вылетели две птички с плакатиком!

— Доктор Джеймс Уилсон

— Думаете, угрызения совести? — Да, я — циник. Люди нежны потому, что любят, а не потому, что изменяли — теоретически верно, но гонорея лучше подходит.

Пациенты всегда хотят доказательств, мы здесь не автомобили делаем, мы не выдаем гарантий.

Людям нравится обсуждать людей. Это дает нам чувство превосходства, дает нам чувство контроля, и иногда знания делают людей небезразличными.

Все мы искалечены родителями. У нее хоть доказательства есть.

Как тонка грань между страдающим гением и неуклюжим противным мальчиком, которого не любят девочки!

— Когда ты в последний раз мылся? — Запах мужика... тебе он, конечно, мало знаком.

— Доктор Грегори Хаус

Тринадцать, начни диазепам. Форман, проверь, чтоб начала. Тринадцать, проверь, чтобы он проверил.

— Почему Вы считаете, что у меня есть скрытый мотив? — По той же причине, по какой считаю, что шлюхи-наркоманки трахаются за наркотики.

— Доктор Грегори Хаус

Жалобы — полезная вещь. Люди от них расстраиваются, и чтоб не расстраиваться — ублажат вас как угодно.