Уходя из дома Донны. Мама Донны, ругаясь на Вилфреда и Дока: Эй, вернись! Вилфред идёт за доком в ТАРДИС. Доктор: Эй, тебе со мной нельзя. Вилфред, смотря на мать Донны: Ты хочешь оставить меня с ней?! Доктор: Спараведливо — заходи.
Давно я Стрелка не видел. Может быть он погиб? Нет, этого не может быть. Он из любой передряги выберется. С ним всё в порядке... Ну что, пойдём? Пойдём, пора обедать. Я знаю, это для тебя важнее, чем судьба старого друга...
Так... так-так-так-так, целый флот! По меньшей мере 12000 военных звездолетов, вооруженных до зубов, но на нашей стороне есть элемент неожиданности! Они никак не ожидают, что три человека атакуют 12000 военных кораблей!... Поэтому нас сразу убьют, так что сюрприз выйдет недолгим... забудьте о сюрпризе.
Обожаю ваши книги! Какой ум! Вы обводите меня вокруг пальца каждый раз... Ну, почти каждый раз. Ну, один или два раза обвели... То есть один. Но это был хороший один раз!
Помнится, я наблюдал, как Микеланджело расписывает Сикстинскую капеллу. Боже, такой нытик! Я ему сказал: «Не стоило браться за эту работу, если боишься высоты». И Пикассо — та ещё мрачная личность. Я ему говорю: «Сосредоточься, Пабло, один глаз с каждой стороны лица».
— Нам нужна мишень! — Но где мы её возьмём? Доктор: Я же спец по великолепным идеям, да? — Да. — Но не в этот раз! [выбегает из-за Пандорики] Я мишень!
Когда я был твоего возраста, я любил читать сказки перед сном: «Три маленьких сантаранца», «Голый король далек», «Белоснежка и семь ключей от ада» — классику, в общем.
— Хэнк, как ты себя чувствуешь? — Ну раз уж ты спросил... Я чувствую себя, будто сам Господь поднял меня голыми руками, потом положил меня на полотно ржавых гвоздей, задрал мне ноги за голову, связал меня и всунул. Без вазелина, без смазки, без ничего даже не послюнявил. Потом этот ублюдок взял шлем Дарта Вейдера, надел этот шлем себе на конец и засадил мне по самые гланды, и этим он уничтожил мою красивую девственную попку, мой сладкий коричневый бутончик, а затем вынул, кончил мне на сиськи, вытер свой хер об занавески и оставил меня подыхать.
— Ты только что призвал инопланетян обратно на Землю... Настоящих пришельцев, смертельно опасных пришельцев, пришельцев смерти, а теперь ты раздеваешься... Эми, он раздевается. — Отвернись, если это тебя смущает. — И теперь ты воруешь одежду? Эти вещи принадлежат людям, знаешь ли [к Эми] ты не собираешься отвернуться? — Не-а.
— Мы, кажется, не знакомы? Я Рейчел Грин, живу с сестрой бывшего мужа Кэрол. — Рад познакомиться, я доктор Францблау, акушер бывшей жены брата вашей подруги.
— Спорим, что ты даже не помнишь моё имя. — Рикки. — Микки. — Нет, Рикки. — Я думаю, что я знаю своё собственное имя. — Ты ДУМАЕШЬ, что знаешь своё имя? Ты что, дебил?
— Вы, наверное, богаты. — У меня нет ни пени. Я заяц. — Шутите? — Нет. — Нет?! — Да. — Как же вы попали на борт?! — Случайно. У меня есть что-то вроде корабля. Я ремонтировал его. Не успел включить защитные экраны, и «Титаник» врезался в меня. Вот я здесь, решил отдохнуть на вечеринке. Почему бы и нет? — Я должна доложить о вас. — Не так... Докладывайте! — Я принесу вам выпить... за счет заведения.