Дуайт Энис

А разве вся жизнь не риск? И разве рискующий всегда проигрывает?

Человеческая природа бесконечно разнообразна и противоречива, так что любое лечение состоит из терпеливого эксперимента с чередой проб и ошибок, где доктору часто отводится роль зрителя, который наблюдает за битвой, разворачивающийся прямо перед его глазами, и никакая помощь извне не составляет даже четверти могущества восстанавливающей силы организма, а пилюли и микстуры чаще вредят, чем помогают.

Отныне он обретет бессмертие в памяти каждого из нас, и мы поблекнем в сравнении с ним.

— Кэролайн должна выйти замуж с моего согласия, иначе она не унаследует ни пенни. Она выросла в максимально возможной роскоши, думаете, она пожертвует этим ради того, что можете предложить вы? — Она дала мне повод так думать. — Думаете у нее есть собственное состояние? — Я никогда не интересовался ее состоянием. — Шестьсот фунтов все, что вы получите, женившись на ней. — До этого я терпел ваши высказывания с должным уровнем вежливости, но есть пределы, сэр. Бог свидетель, я никогда не давал повода считать меня охотником за приданым, и если вы считаете, что никто не может полюбить вашу племянницу, а не ее наследство, то вы изрядно ее недооцениваете и оскорбляете нас обоих.

Иронично. Я видел столько детей, рожденных в нищете и убожестве, но моя собственная дочь, которая родилась в роскоши и окружена заботой и вниманием достойными самой принцессы, оказалась больна.

— Все мужчины так тщеславны? — Я бы не считал тщеславие свойством одного пола.

По моему скромному мнению, если муж не может покорить жену любовью, добротой и сочувствием — то он не заслуживает её общества.

Я бы не стал считать самомнение уделом лишь одного пола...

— Я вам сильно не нравлюсь, да? Дуайт покраснел. — Вы и в самом деле так считаете? — А вы когда-то давали мне шанс подумать иначе? — Если я чувствую к вам неприязнь... потому что она мешала мне работать иногда каждый день на протяжении последних полутора лет, если это неприязнь... Если я не способен забыть ваш голос, изгиб вашей шеи, или свет, переливающийся в волосах... Если это неприязнь... Желание услышать, что вы замужем и боязнь услышать, что вы замужем... Обида на вашу снисходительность, мысль, что вы для меня недосягаемы... – он остановился, не в силах закончить предложение. – Вероятно вы сами сможете определить причину этих симптомов.

Гнев не всегда разрушителен. Он может принести пользу, если его правильно направить.

Я считаю безумие не моральным недостатком, и не наследуемым, а несчастьем, которое случается и с лучшими из нас.

Когда, как я, видишь сотни детей, приходящих в этот мир среди бедности, нищеты и лишений, принимаемых какой-то неумелой повитухой, неспособной помочь матери, перекусывающей зубами пуповину, когда та даёт ребенку каплю джина, чтобы не пищал, и все эти дети, или почти все, с самого начала, с первых месяцев жизни, что бы ни случилось позже, совершенны во всех отношениях, то очень странно наблюдать парадокс ребенка из богатой семьи, которого принимал собственный отец, ребенка, окруженного заботой и вниманием, как принцесса, а он оказывается ущербным, больным настолько, что излечить его выше человеческих сил.

— Я вам настолько неприятна? — Неприятны? Если невозможность весь последний год думать о работе, невозможность забыть ваш голос, ваш поворот головы, свет в ваших локонах, желание и одновременно страх услышать, что вы замужем — значит «неприятны»...

Порой слабые выживают, а сильные сходят в могилу.

Если мужу не удалось завоевать жену добротой, сочувствием, вниманием и проявлениями любви, то ему следует обходиться без нее.

Временами сильные отбывают в мир иной, а слабые выживают.