Джек Харкнесс

— Зачем ты раздеваешься? — Я иду внутрь. — Радиация не поражает одежду, только тело. — Зато я выгляжу красиво.

Наверное, людям интересно, что четыре человека делают в маленькой будке.

Противозачаточные средства в дожде. Обожаю эту планету. По крайней мере, я не стану беременным. Больше никогда.

Жаль, что я встретил вас, Доктор. Мне было проще быть трусом.

— Извини, Джек, я забыл, что после смерти ещё довольно долго пукают. — Выпустите меня отсюда. — Но когда-нибудь это прекратится. Я пукну в последний раз. Как же мне этого будет не хватать. И секса тоже. — Надеюсь, больше секса, чем пуканья.

Вам, людям, нравится любая история, отрицающая случайность бытия.

Первое правило капитана: припаркуйся там, где запомнишь.

— Никакая другая раса во Вселенной не ходит в походы! — Празднуйте свою уникальность!

— Это не вежливо. — Что? — Я показываю что-то фантастическое, а вы это ругаете.

— Он — замороженный солдат из 1918 года. — Никто не совершенен.

— Он прав. — Что с тобой? С тех пор как Оуэн умер, ты с ним постоянно соглашаешься. — Меня приучили никогда не говорить плохо о мертвых. Даже если они сами все еще говорят...

Если он питается жизнью, то я — шведский стол.

— Где ты был? — Я нашёл своего доктора. — Он тебя вылечил? — Вылечил от чего? Вроде как я совершенен. Лучше ничего не трогать.

— Ты когда-нибудь ел инопланетное мясо? — Да. — И как оно тебе? — Ему не понравилось.

— Ему 24 года. — Как бы. — Так ему 24 или нет? — Зависит от того, как считать. — Когда он родился? — В 1894 году… 24 или 114 — я не знаю, что бы я выбрал.

Простите меня, падре, ибо я согрешил. Так много раз, и это только сегодня.