Джесси Оуэнс (Jesse Owens)

— Вы бегаете, мистер Дэвис? — Я? Ну, нет, не на конкурсах. — Как всегда. Потому что вы знаете, что на этом пути вы свободны от всего. В тот момент даже пистолет меня не остановит, ни цвет, ни деньги, ни страх, ни даже ненависть. Там нет чёрного или белого, есть только быстрый или медленный. Те десять секунд вы полностью свободны.

— Вы были женаты? — Да. Наша дочка уже совсем большая. Восемнадцать скоро стукнет. Мы с женой решили пожить отдельно. Говорит: «Нельзя иметь две семьи. В твоей команде нам места нет». Атлетика намного легче брака.

— Вечно я с тобой прощаюсь. — Да... Но тем приятнее будет снова увидеться.

Вы знаете, что говорят о мировых рекордах? <...> Любой идиот может увести у тебя рекорд в два счёта.

— Чарли Райли говорит, ты бегаешь. — Да, сэр. — Говорит, ты лучшее, что он когда-либо видел. — Ну, наверное. — Лично я не верю одаренным людям, они считают, им не нужно работать. Вижу, что ты можешь бегать, и надо же, ты можешь прыгать, но всё, что я хочу знать, сможешь ли ты выиграть? И я имею в виду, сможешь ли ты работать? Слушай, твоя мама научила тебя одеваться, но она, чёрт возьми, не научила тебя манерам. Смотри в глаза, когда с тобой разговаривают. Сможешь работать? — В шесть лет я собирал по сто фунтов хлопка в день. Вы собирали хлопок? Вы знаете, как он ранит руки? Да, сэр, я смогу работать.