Джезаль дан Луфар

— Прошу прощения, если я утомил Вас! — Я принимаю Ваши извинения. — Я пошутил. — О, Ваш ум настолько остер, что я чуть не порезался. — Вы смеётесь надо мной! — Это нетрудно.

Ему казалось, что он любит Арди с невыносимой страстью. Что между ними было нечто, что он никогда уже не найдёт. Как мог он не понимать этого тогда? Как позволил он растоптать всё это, и ради чего? Печальный факт состоял в том, как предполагал он, что любви самой по себе оказалось недостаточно.

Мужество рождается из самых непостижимых недр и толкает на неожиданные действия. Вчерашний трус способен стать героем, когда наступит его время.

— Что вы читаете? — спросил Джезаль. — «Падение мастера Делателя» в трёх томах. Считается классическим историческим произведением. Утомительная чепуха, и ничего больше. — Она презрительно фыркнула. — Толпа мудрых магов, суровые рыцари с большими мечами и прекрасные дамы с большими грудями. Магия, жестокость и любовные приключения в равных долях. Полное дерьмо. Она смахнула книгу со стола, и та шлёпнулась на ковер, шелестя страницами. — Но вы могли бы найти себе какое-то занятие. — Вот как? И что бы вы предложили? — Ну, мои кузины вышивают… — Идите в задницу!

Любовь. Ему отчаянно не хотелось этого признавать, но, по-видимому, это была именно она. Он всегда с презрением относился к ней. Дурацкое слово. Подходит для плохих поэтов, которым не о чем больше строчить, и глупых женщин, которым не о чем поболтать. Джезаль считал это сказками для детей, ведь в реальном мире отношения между мужчинами и женщинами сводятся к постели и деньгам. А теперь вот, посмотрите на него: по уши увяз в кошмарном болоте страха и вины, вожделения и смятения, потери и страдания. Любовь. Что за проклятие!

Её щеки разрумянились больше обычного. Джезаль увидел стоявший рядом с Арди графин: пробка вынута, и вина осталось только половина. — Вы пьёте? — Немного. — Она прищурилась на полупустой бокал у своего локтя. — Я просто скучаю. — Ведь сейчас нет и десяти утра! — А что, до десяти скучать запрещено?