И Сара смотрела на Джима Рейнора, пока еще могла его разглядеть. Когда он первый раз поцеловал ее, она почувствовала потрясающую чистоту его души, скрытую под тяжким грузом пережитого. Она уцепилась за это ощущение и оно успокоило ее.
После всего ада, через который мы прошли, я знаю одно: мы можем положиться друг на друга и достигнуть цели, или погибнуть, если такова цена... Потому что есть вещи, за которые стоит бороться!
— Ты знал этого воина? — Нет, но я знаю его историю. Все их истории. Они не думали, что всё закончится так. Поступают доклады: миры Доминиона разорены. Форпосты разрушены. Столько ребят погибло... воинов. — Смерть — судьба всех воинов. Судьба, которую вскоре можем встретить и мы. — Судьба — это не приговор. Я думаю, уж если Зератул верил, что ты сможешь всё изменить, эта война только начинается. — У вас принято пожимать руку друга. Ведь так? — Задай им жару.
— Может, это не моё дело, но как ты оказался на свободе? — Ну, я выломал дверь холодильника, когда меня эпатировали в Новый Фолсом. Чёрт, да я удавил не меньше дюжины охранников голыми руками! — Ха-ха-ха-ха... Да-да, где-то я это уже слышал... Расскажи ещё, как ходил по воде и совратил дочку начальника тюрьмы.
