Джо

Я начал провожать ее после школы, руки наши слегка соприкасались при ходьбе, и в конце концов я осмелился взять ее за руку. Очень скоро держание за руки переросло в краткие осторожные поцелуи, а потом поцелуи стали долгими, настоящими, прерывавшимися только тогда, когда нам начинало не хватать воздуха, пока наши неопытные языки жадно исследовали друг друга. К середине октября мы стали совершенно неразлучны, скрепленные в единое целое могучим симбиозом бушующих гормонов и глубокой привязанности, которые чудесным образом подпитывают друг друга в тот сокровенный промежуток между детством и взрослой жизнью, когда они еще не входят в противоречие и не начинают безжалостно друг друга пожирать.

Я просто боюсь, что если я погибну сегодня, моя жизнь ничего не будет стоить.

Она не считала себя нормальной. Но и не считала нормальность необходимым условием выживания. Все, скорее, наоборот. Необходимым условием своего выживания она считала собственное сумасшествие. И боялась нормальности как огня. Не очень длинный, но все же существующий перечень страхов Джо завершала нормальность. Главенствовала в нем вероятность прожить жизнь, так и не встретив настоящую любовь. Где-то посередине курсировала еще пара довольно пугающих пунктов.

Так, бывает, пробуешь развязать запутанную веревку, а узлов становится еще больше.

И в груди у меня возникает знакомый трепет, такая абсолютно иррациональная эйфория.

Раненая женщина заходит в отель, а всем плевать. Нью Йорк вам понравится!

Без вдохновения жить тяжело. А моё вдохновение — это ты.

Тебе твердят про предназначение, а как понять, в чём оно состоит? А вдруг ты промахнёшься с выбором или выберешь чужое призвание, и всё ты попал.

Лето кончилось, а я даже не заметил, когда оно успело начаться.

Любовь всегда требует рывок вверх. Большой и опасный прыжок над раскалённой лавой. Ты можешь разбить себе сердце либо стать самым счастливым человеком на земле.

Время вовсе не лечит, оно просто зарывает какие то вещи в глубине нашего сознания, и они сидят там, как в засаде, а потом в самый неожиданный момент как набросятся!

Всех интересует, когда можно считать любовь настоящей – так вот вам ответ: когда боль не проходит, когда рана не заживает и когда уже слишком, слишком поздно.

Тебе не понять, на что ты способен, пока ты не полюбишь кого-нибудь по-настоящему.

Бывшая девушка — как пистолет, спрятанный у тебя глубоко внутри. Он больше не заряжен, поэтому при виде нее раздается только глухой щелчок, может быть, слабое эхо, воспоминание о выстреле.

— А как тебя зовут? Или это всё ещё секрет? — Меня зовут Джо… Мой отец хотел иметь сына.

Какой смысл любить лес, если ты по нему не гуляешь, если только смотришь на него из окна поезда и думаешь, что любишь. Да, в глубине души Джо была сторонницей решительных действий. Начиналась весна. Несмотря на метели и пасмурную погоду, на слякоть и обледенелые шины, начиналась весна. И лес ждал.