Джо Кингман

Знаешь, иногда у квотербека есть всего-лишь доля секунды, чтобы решиться на перестроение. Когда противник бросается на тебя, а ты вдруг объявляешь перестроение, прорываешься и забиваешь — да-а, тачдаун!... Вот так бывает и в жизни. Иногда происходит неожиданное, и тогда нужно перестроение. Надо учиться на ходу.

— А ты не считаешь, что должен был мне сказать?! — Я не знал! — Не знаешь, что у тебя была жена?! — Это было так давно... Мы были молодые и глупые! Мы прожили меньше года. И — у нас не было детей! — Ладно. Но, теоретически, есть хоть малейшая вероятность, что ребёнок твой? Напрягись! — Я... я не знаю. Мы... мы расстались. Оформили развод. Она пришла забрать какие-то свои вещи, и тут мы... мы случайно... мы... — ...? — Кто-нибудь хочет есть? — ... Джо! Когда эта пришла забрать вещи, было..? — Лет восемь-девять назад. — /Обращаясь к Пейтон/ Сколько тебе лет? — Восемь. — /Мрачно/ Поздравляю, Джо.

— Нет-нет-нет-нет-нет! Ни за что! Да вы с ума сошли! Нет! — Ты такой... м-м... большой. Могучий. Неужто ты не можешь сыграть... дуб? Да брось! — Нет, я говорю, что я профессиональный спортсмен, а не балерина. — Поверь, никто никогда не примет тебя за балерину. Ты у меня будешь волшебным ду-бо-м.

— Есть хочу. — Ничего не трогай, стой, где стоишь. Сегодня четверг, углеводная диета 20-20-60. — Что? Эй, а пудинг у тебя есть? — Ну я просил — ничего не трогать! Заляпаешь, а я очень не люблю грязь. Стой вот тут и не шевелись. Я не буду кормить тебя чистыми углеводородами, мы не кушаем простых сахаров. — Я ребёнок и люблю сахар! Чем проще, тем лучше! — Мой отец не давал мне сахар. — Поэтому ты и не улыбаешься?

— Ну, кто тут говорил, что балет — ненастоящий спорт? М? — /задыхаясь/ Н... ничё... Не так... страшно... — Балерины умеют прыгать выше вас, но, опускаясь, ещё и делают плие. Они очень выносливы. — Я... ясно... — Они часами танцуют на пуантах. А лёгкая форма балета зовётся футболом.

[вытирает полотенцем рот негру]: — Не рычи!

— Слушай, нельзя вот так просто заходить в дом к чужим людям! На свете столько уродов... Твоя мама тебе не говорила? — Да... — Ну, и где же она? — В самолёте. — В самолёте?! Ну а ты сейчас с кем? — С папой... — Ну, так иди к папе, он наверняка ищет тебя. — Он меня не ищет. — Почему? — Он на меня смотрит. — ... Что? — Мы никогда не виделись. Ты был женат на моей маме, Саре, Саре Кейли. Моё имя — Пейтон. Я твоя дочь.