Джо (нимфоманка)

Сексуальность — мощнейшая сила, движущая человечеством.

— Независимо от того, как сильно я стараюсь, я не могу найти ничего похвального в педофилии. — Это потому, что ты думаешь о возможно пяти процентах, которые на самом деле причиняют детям боль, остальные девяносто пять никогда не пытались реализовать свои фантазии. Подумай об их страданиях. Сексуальность — мощнейшая сила, движущая человечеством. Быть рожденным с сексуальными девиациями должно быть мучительной агонией. Педофил, который справляется со своими постыдными желаниями и живет, не проявляя их, заслуживает чертову медаль.

По сути, мы все ждём разрешения умереть.

Говорят, сложно отнять чью-то жизнь. Я бы сказала, намного сложнее не сделать этого. Для человеческого существа убийство — самая естественная вещь в мире. Мы созданы для этого.

Долгое время я вынашивала идею, что концепция наряда «трахни меня сейчас» может быть улучшена. И я стала учителем музыки.

— Никакого секса с одним парнем более одного раза. — Против чего вы бунтовали? — Против любви.

Любовь всё искажает.

Человеческие качества можно выразить одним словом: лицемерие.

— Говорят, что вы видитесь с мужчинами каждый день и проводите с ними всю ночь. Все утверждают, что вам нельзя доверять. Почему они так думают? — Мне кажется, что они боятся, будто я не смогу держаться подальше от их мужчин. — Ну да… А вы сможете? — Нет.

— Каждый раз, переводя какое-то слово в разряд запрещенных, вы извлекаете камень из фундамента демократического общества. Общество демонстрирует свое бессилие перед лицом конкретной проблемы, изымая из языка определяющие её слова. — Я думаю, что общество заявило бы, что политкорректность является весьма точным отражением демократической заботы о меньшинствах. — А я считаю, что общество трусливо настолько, насколько трусливы его члены, которые, на мой взгляд, к тому же и умом не доросли до демократии.

Возможно, единственным отличием между мной и другими людьми было то, что я всегда требовала больше от заката. Больше захватывающих красок, когда солнце касалось горизонта. Возможно, это мой единственный грех.